Вопли-вопли-вопли не прекращались.
С истинно степным гостеприимством росомоны не возражали против того, чтобы почётные гости наслаждались их женщинами. Ох, смеясь и пристально глядя на Максимуса, сказал, что всё будет хорошо, если женщины не найдут тебя слишком уродливым. Максимус счёл это заманчивым из уст человека с головой в форме перевёрнутой амфоры. Впрочем, он уже узнал от Андоннобалла, что гостям обычно предлагают рабынь, чьи взгляды на мужскую красоту никого не интересуют.
Максимуса беспокоили не женские отказы. Если предлагать секс практически каждой встречной женщине — а он взял себе за правило делать именно это, — то привыкаешь к высокому проценту отказов. Хотя, конечно, для того, чтобы получить пару раз в день, достаточно было лишь небольшого процента согласившихся. Нет, Максимуса беспокоила практика. Если долго не говорил на каком-то языке, было сложно снова его выучить. Максимус не помнил, чтобы так долго обходился без секса. Будет ли это так же сложно, как, скажем, говорить по-гречески после нескольких месяцев молчания?
Визг раздался ближе, громче, настойчивее. Максимус оглянулся на караван. Повозки двигались гораздо быстрее, вероятно, настолько быстро, насколько могли их тянуть волы. Пыль клубилась. Впереди и сбоку от двух рядов повозок переговаривалась группа всадников. Ещё один или два скакали галопом.
Что-то было не так. Была угроза, которую Максимус не мог заметить.
Прежде чем повернуть и ехать обратно, Максимус машинально огляделся по сторонам. Равнина здесь была пологой, но недостаточной, чтобы скрыть хотя бы одного из этих крупных мышевидных животных, чьи норы были повсюду. Степь была пустынна, если не считать группы из трёх невысоких курганов в паре сотен шагов слева и, примерно в полутора милях впереди на северо-восток, неровной линии тёмных деревьев. Последняя, должно быть, обозначала какой-то скрытый ручей. За деревьями на горизонте поднималась гряда сиреневых облаков, словно далёкая горная цепь в совершенно синем и пустом небе. Развернув коня, Максимус заметил движение среди деревьев. Оно прекратилось прежде, чем он успел сосредоточиться.
Максимус снова осадил коня. Он сделал вид, что смотрит на юго-восток, одновременно пристально наблюдая за деревьями краем глаза. Только листва колыхалась на северном ветру. Раньше такого не было. Движение было ниже, распространялось дальше одного дерева. Оно было слишком сильным для одной из этих мышевидных тварей. Это вполне могла быть дикая лошадь, олень или осёл. Ничто не двигалось, кроме листьев и ветвей. Его конь опустил голову, чтобы пощипать траву. Он снова поднял её. И всё же, ничто не двигалось. Он поскакал обратно к остальным.
Когда Максимус добрался до остальных всадников, он сразу увидел проблему. Уже не скрываемый пылью от их повозок, в трёх-четырёх милях позади показался ещё один высокий столб пыли. Он был одиночным и тянулся прямо вверх, пока ветер не унес его на юг. Опытный глаз мог прочитать его, как гуджа руны. Его подняла небольшая группа быстро движущейся кавалерии. Такое количество пыли означало, что отряд был многочисленным; скорее всего, сотня, а может, и гораздо больше.
«Курганы дают некоторую защиту, но воды там не будет». Андоннобалл возражал против предложения другого герула. Максимус присоединился к кавалькаде. Конное совещание велось быстрой рысью, чтобы не отставать от обоза.
«Ателинг прав, — сказал Ох. — Возможно, пройдёт несколько дней, прежде чем люди Навлобата доберутся до нас. Возможно, нам придётся продержаться до тех пор».
«Мы должны добраться до водотока впереди», — решительно заявил Андоннобаллус. «Используй его как одну сторону лагеря и пусть повозки отходят от него полукругом».
Остальные издали одобрительные звуки.
«Не хочу никого расстраивать, — сказал Максимус, — но могут возникнуть проблемы. Что-то движется в деревьях. Мы можем попасть в засаду».
Звон и скрип сбруи, топот копыт были громкими, пока они ехали, переваривая эту неприятную новость.
Первым заговорил Баллиста: «Я возьму четырёх римских вспомогательных солдат с лошадьми и тех из моей семьи, кто в седле. Мы пойдём вперёд. Возможно, ничего страшного. Если там ловушка, мы её захлопнём. Возможно, нам удастся пробиться к берегу реки. Если нет, вы разместите лагерь на открытом пространстве, а мы отступим к вам».