Продираясь сквозь кусты, Баллиста быстро осмотрел реку. Спуск к воде был крутой, шагов десять-двенадцать. Почва на берегу выглядела довольно рыхлой, сыпучей. Река была шагов двадцать в ширину. Противоположный берег, пожалуй, был выше. Можно было подняться и спуститься на лошади, но это было бы непросто. Всё это было очень хорошо. Но не всё было так обнадеживающе. Вода была неглубокой, не выше колена. Русло реки выглядело твердым. Растительность на противоположном берегу была такой же густой, как и сбоку от лагеря, что давало аланам такое же укрытие, как и обороняющимся, пока они не попытались переправиться через реку. И всё же, в целом, могло быть гораздо хуже.
Из-за спины Баллисты доносились вой и рёв боя. Аланы атаковали повозки. Судя по звукам, рукопашная ещё не наступила. Аланы наступали всё ближе, обрушивая шквал стрел. Баллиста отступал, колючки царапали его одежду. Стрелы, пролетевшие мимо, падали на землю повсюду. Баллиста укрылся под ветвями центральной липы, прижавшись спиной к её гладкому серому стволу. Он поглядывал через плечо на реку и на то, что было видно на степи за ней. Всё остальное внимание он посвятил тому, чтобы держать свой небольшой щит, готовый отразить любую стрелу, пробивающуюся сквозь листву.
Баллиста посмотрел на солнце сквозь листву. Был ранний полдень. Он был голоден. Они пропустили обед. День обещал быть долгим.
XVIII
Первые аланские всадники не замедлили появиться. Они с плеском спускались по руслу ручья справа, двигаясь крупной рысью. Должно быть, они спустились по берегу где-то к востоку.
Баллиста вынул из горитуса около дюжины стрел и воткнул их остриями в землю у своих ног. Там их будет легко достать. Некоторые говорили, что грязь отравляет рану. Баллисту это не волновало, ему просто нужно было держать их под рукой. Он прислонил налуч к дереву. В нём оставалось около сорока стрел. Он выбрал одну. Подождав, он провёл указательным и большим пальцами по древку, проверяя, ровно ли оно лежит, потрогал оперение и наконец наложил тетиву.
Со стороны повозок доносился шум боя.
Максимус не торопился. У Баллисты пересохло во рту от волнения, но он восхищался самообладанием хибернца. Пока что в строю ехало всего шесть аланов. Пусть они пройдут поближе к месту боя. Передовой всадник был без шлема; полоска алой ткани поддерживала его длинные каштановые волосы. Верхняя часть его тела была закована в яркую чешуйчатую броню. Должно быть, он был дворянином. Те, кто шел следом, были без доспехов, в узорчатых туниках и штанах. Баллиста знала, что задумал Максимус.
Слева просвистела стрела. Она едва не попала в голову аланского вельможи. «Вот дурак суанец», – подумала Баллиста. Все аланы натянули луки, осматривая оба берега в поисках цели. Вожак ринулся вперёд. Стрела глубоко вонзилась в плечо его коня. Боевой конь нырнул, наполовину сбросив всадника. Баллиста вышел вперёд, натянул тетиву и выпустил её. Стрела вонзилась в бок раненого коня. Тот встал на дыбы. Алан повалился на землю. Приземлившись, боевой конь упал на колени.
Аланские стрелы свистели сквозь ветви. Баллиста снова натянул тетиву. Задняя лошадь, которую он наметил своей целью, уже вышла из-под контроля, обезумев от боли от наконечника стрелы, вонзившегося в шею. У Максимуса всё шло хорошо. Баллиста спокойно выстрелил и сбил с седла алана в центре их строя.
Когда русло реки впереди и позади было частично перекрыто мёртвыми или умирающими животными, аланы осознали своё ужасное положение. Почти одновременно те, кто ещё оставался в седле, направили коней на дальний берег. Стрела Тархона попала одному в плечо. Алан кое-как удержался на ногах, пока его пони карабкался по почти отвесному склону. Их мастерство верховой езды было на высоте. И их храбрость тоже. Они были предназначены только для разведки.
Вспышка серебра, словно брюхо рыбы. Аланский аристократ в чешуйчатых доспехах выбрался из воды, подтягиваясь к противоположному берегу. Стрела, выпущенная Баллистой слева, пролетела мимо него. Стрела справа – то же самое. Он карабкался, перебирая руками, земля осыпалась за ним. Остальные аланы, прогнав коней через колючие кусты, развернулись и открыли огонь, прикрывая его отход.