Стовин наклонился вперед.
— Палатки? В них же чрезвычайно холодно. Какая сейчас температура?
Солдатов пожал плечами.
— Не очень холодно, должен сказать. Это не сибирский мороз. Я не смотрел на приборы сегодня, но кажется градусов двадцать ниже точки замерзания.
— О, Боже, — проговорила Дайана.
— У нас здесь сто тысяч человек остались без крова. И более половины из них либо очень молоды, либо очень стары, либо очень больны, — спокойно сказал Солдатов. — Мы находимся на расстоянии 1800 миль от Москвы и даже Омск далеко от нас — примерно четыреста миль. Поэтому мы не можем эвакуировать людей. И те, кто имеет палатки, считают, что им повезло. Но мы делаем все, что можем. Хотите, мы остановимся и посмотрим?
«Чайка» замедлила ход и свернула с шоссе на широкую боковую дорогу, по сторонам которой стояли бензиновые светильники. Вдруг перед машиной вспыхнуло море света, такое яркое, что после темноты дороги Солдатов и трое американцев вынуждены были защитить глаза руками. Это были мощные прожектора. Они вышли из машины и жгучий холод сразу накинулся на них, но при виде того, что происходило перед ними, они забыли про холод. Шум был оглушительным. На площади в сорок ярдов работали, наверное, сорок бензиновых пил. Люди с пилами вгрызались в тайгу, валили лес. Тракторы вытягивали громадные стволы на поляну, где сотни мужчин и женщин с ручными топорами и пилами очищали их от веток и сучьев, пилили их на бревна. Чуть поодаль уже вырастали бревенчатые хижины. Оттуда доносились удары топоров, молотков, визжание пил. Более тысячи людей работали тут с отчаянным, почти безумным упрямством. В стороне стояла медицинская палатка с красным крестом на боковом холсте. Один мужчина средних лет, тащивший бревно к месту строительства, вдруг отпустил его и присел на снег, держась за грудь. Женщина в зеленой форме вышла из медицинской палатки и склонилась над ним. Никто не заговорил с ними, никто не подошел к ним. Три американца, изумленные, смотрели на происшедшее. Им это казалось кошмаром.
— Нам не хватает двух вещей, — сказал Солдатов, — во-первых, дерева. Здесь, в основном, растут серебристые ели, которые запрещено вырубать. А кроме того, людей, которые могли бы работать. Однако что-то делать надо. Бревенчатые хижины лучше палаток.
Солдатов повел их обратно к машине. Холод уже становился невыносимым, и они с радостью забились в теплый салон. «Чайка» двинулась обратно, непрерывно сигналя, так как по дороге непрерывно двигались люди, несущие доски, инструменты, строительные материалы. Вскоре поток людей иссяк и они понеслись по пустому шоссе, по сторонам которого в темноте угадывалась дикая тайга, тянувшаяся до самого горизонта. Солдатов повернулся к ним.
— Мы уже скоро приедем. Вот и Обь.
Черная вода и серый лед сверкали в свете фар. По обеим сторонам реки кое-где виднелись огоньки, но ничего не говорило о том, что здесь стоял огромный город. «Чайка» с глухим стуком поехала по временному понтонному мосту.
— Сейчас мы в восьми милях к востоку от старого Обского моста, — сказал Солдатов. — Вы знаете, что с ним случилось?
— Да, — ответил Стовин. — К этому месту можно подъехать ближе?
— Трудно. Вы это завтра и сами увидите. Проблема не просто в том, что мост исчез. Вы, доктор Стовин, увидите, что сама Обь тоже исчезла, в том смысле, в каком она была раньше. Теперь русло ее изменилось, и мы были вынуждены прорыть канал, иначе пострадали бы от наводнений. К счастью, в это время года река скована льдом и течение ее очень медленное.
Вскоре «Чайка» съехала на берег и остановилась перед шлагбаумом, возле которого стояли солдаты. Подошел милиционер и заглянул в окно машины. Последовал разговор по-русски и водитель подал милиционеру бумаги. Тот внимательно просматривал их. Солдатов сидел спокойно, не говоря ни слова. Наконец милиционер отдал бумаги водителю и махнул рукой, разрешая ехать дальше. Солдаты, гревшиеся возле костра, подняли шлагбаум. «Чайка» почти уже проехала, как вдруг раздался выстрел. Водитель остановил машину. Один из солдат возле костра что-то крикнул в сторону и вскоре в круг света вышли двое солдат, таща за собой темное тело.
— Что это? — спросил Бисби. — Грабитель?
Солдатов улыбнулся.
— Можно сказать и так. — Он повернулся к Дайане. Думаю, что это по вашей части. Это волк.
— Могу я посмотреть на него? — быстро спросила Дайана.
— Конечно.