Пейн посмотрел на него с удивлением.
— Почему?
— Просто совет. Агент никогда не знает, как повернётся день.
За соседним столиком девушки продолжали щебетать — теперь о каком-то новом фильме с Мэри Пикфорд. Блондинка периодически бросала взгляды в нашу сторону — не на Кокса, а на меня. Я делал вид, что не замечаю.
И тут в столовую вошёл Баркер.
Оглядел зал, заметил нас, направился к нашему столику.
— Кокс. Фуллер. Пейн. — Он остановился у стола, не садясь. — Заканчивайте обед. Через пятнадцать минут у меня в кабинете.
— Что случилось? — спросил Кокс.
— Зацепка. По делу о проститутках. — Баркер понизил голос. — Информатор сообщил адрес. Один из организаторов, возможно, тот самый Террано или кто-то из его людей.
Я отложил вилку. Аппетит пропал.
— Рейд? — спросил Кокс.
— Рейд. Вместе с полицией. Выезжаем через час.
Баркер развернулся и ушёл так же быстро, как появился.
Кокс затушил сигарету.
— Ну вот, Пейн. Твой шанс увидеть те десять процентов.
Пейн побледнел. Но кивнул.
Я доел жаркое за три минуты. Не потому что проголодался. Просто знал — перед операцией лучше иметь полный желудок. Неизвестно, когда удастся поесть в следующий раз.
Оружейная комната пахнула привычным запахом смазки и металла.
Пейн сразу подошёл к шкафу с дробовиками. С видом знающего человека снял со стойки Winchester Model 1897, проверил затвор, заглянул в ствол. Потом взял коробку патронов и принялся снаряжать — быстро, ловко, привычными движениями. Раз-два-три-четыре-пять. Полный магазин. Ещё горсть патронов — в карман.
Кокс наблюдал за ним с лёгкой снисходительностью.
— Агент Пейн у нас большой специалист по охоте на уток, — сказал он мне. — Даже брал какие-то кубки на соревнованиях в колледже. Верно, Чарли?
— Да, агент Кокс, — кивнул Пейн, не отрываясь от дробовика. — Три года подряд первое место.
— Только имей в виду, приятель, — Кокс достал из шкафа Colt M1911, — утки не люди. Птички в ответ не стреляют.
Пейн поднял голову. Лицо серьёзное.
— Я понимаю, агент Кокс.
— Надеюсь.
Кокс проверил магазин Кольта, передёрнул затвор, поставил на предохранитель. Сунул в наплечную кобуру под пиджаком.
Я подошёл к своей полке в углу. Там лежала деревянная кобура Маузера — длинная, тяжёлая, с характерной формой.
Проверил оружие, сразу же зарядил его из обоймы
Пристегнул кобуру-приклад к рукоятке. Маузер превратился в короткий карабин — с таким можно стрелять на двести ярдов и попадать. Потом отстегнул пистолет и засунул в кобуру
— Ваше слово, товарищ Маузер, — тихо пробормотал я по-русски так чтобы никто не услышал.
Затем Кольт 1911, проверил, сунул в наплечную кобуру. Пейн в это время смотрел на меня с каким-то благоговейным ужасом.
— Агент Фуллер… Вы правда застрелили тех террористов? Троих за минуту?
— Меньше чем за минуту, — поправил я. — И это были не террористы. Просто бандиты с динамитом.
— Но… как?
Я посмотрел на него. Молодой, зелёный, напуганный. Первая серьёзная операция. Наверное, ночь не спал, представляя, как всё будет.
— Просто, — сказал я. — Они хотели меня убить. Я не дал. Вот и всё.
Кокс хлопнул Пейна по плечу.
— Не трясись, Чарли. Скорее всего, обойдётся без стрельбы. Мы входим, показываем значки, они сдаются. Так бывает в девяти случаях из десяти.
— А в десятом? — спросил Пейн.
Кокс не ответил.
К особняку мы подъехали в два часа дня.
Гросс-Пойнт — богатый пригород к северо-востоку от Детройта. Широкие улицы, обсаженные клёнами. Большие дома с ухоженными газонами. Автомобили у подъездов — дорогие, блестящие.
Респектабельный район. Последнее место, где ожидаешь найти притон для торговли женщинами.
Но именно поэтому они здесь и устроились.
Особняк стоял на тихой улице, в конце квартала. Трёхэтажный, викторианский, с башенкой и верандой. Выглядел как дом богатой вдовы или пансион для благородных девиц. Табличка у входа гласила: «Мастерская мадам Лоренцо. Пошив платьев».
Швейная мастерская. Идеальное прикрытие. Молодые женщины приходят и уходят — никто не удивляется. Клиенты приезжают — заказывают платья для жён. Соседи ничего не подозревают.
Мы остановились за углом, вне прямой видимости из окон особняка. Два полицейских Форда уже ждали — четверо патрульных в форме, с револьверами на поясах.
Мы остановились за углом, вне прямой видимости из окон особняка. Два полицейских Форда уже ждали — четверо патрульных в форме, с револьверами на поясах.
Старший из них, сержант с седыми усами, подошёл к нашей машине.