— Это как? — Егорыч нахмурил лоб, силясь понять о чём речь.
— Давай, ты примешь у нас тушу, а потом мы всё обсудим за рюмкой чая, — подмигнул ему егерь.
— Хорошо, — механически кивнул тот.
Спустя минуту осмотра, Егорыч удивлённо обратился ко мне:
— Как ты его убил?
— Придушил, — пожал плечами я.
Тот ещё раз вернулся к осмотру туши и нажал куда-то в районе грудной клетке:
— У него уже есть начальный источник! — кажется Егорыч проснулся и уставился на меня с каким-то фанатичным выражением. — Одарённый?
— Давай, принимай тушу, и пойдём в дом! — довольно улыбнулся егерь, будто это он лично голыми руками удавил матёрого хищника.
Егорыч быстро закивал и выволок тушу на землю, после чего стал её крутить и исследовать, восторженно присвистывая.
— Три тысячи могу дать, — довольно улыбаясь, посмотрел он на нас.
— Добавь двести рублей. Я цены знаю, — покачал головой егерь.
— Я ведь имперский приёмщик, а не частный! — возмутился Егорыч.
— Ладно, — хитро ухмыльнулся Семён Николаевич. — Затаскивайте тушу во двор и поговорим.
Мы с Егорычем занесли волка, который, к моему удивлению, ещё не начал пованивать, а после зашли в дом. Там нас встретила дородная женщина лет сорока.
— Привет, Семён, как здоровье? — поприветствовала она егеря, как старого знакомого.
— Твоими молитвами, Марфа Никитична.
Та на это фыркнула и перевела взгляд на меня:
— А это кто с тобой?
Голос у неё был низковат для женщины.
— Меня зовут Алексей, — доброжелательно улыбнулся я.
— А меня Марфа Никитична, это мой муж, — указала она на имперского приёмщика, — вы уже с ним знакомы.
— Очень приятно, — всё так же доброжелательно ответил я.
Первое впечатление — одно из важнейших. Именно по нему будут помнить, а впоследствии писать характеристику для компетентных органов. К примеру, повёл бы я сейчас себя нелюдимо или замкнуто, то в суде бы так меня и характеризовали, и сверху ещё добавили, мол, не уважает старших и вообще грубо вёл себя. А значит, асоциален и склонен к девиантному поведению, оно же, по сути, преступное. Ведь что есть законы? Это свод правил поведения в обществе, и те, кто их не соблюдают, порицаются и караются этим самым обществом в лице государства.
Не знаю как здесь у них всё обстоит, но подозреваю, что люди — везде люди, а государство, как бы оно ни было устроено, везде исполняет одни и те же функции.
— Что же это я? Скорее за стол. У меня окрошечка с кваском да сметанкой! И хлеб вчера только из печи, — захлопотала Марфа Никитична.
Я оглядел кухню, в которой мы оказались сразу с порога дома. Здесь была большая белёная русская печка, деревянный стол с резными стульями, а также широкое окно, из которого лился солнечный свет. На полу лежал небольшой коврик.
Детей в доме не наблюдалось, скорее всего уже выросли и съехали. А так, типичный деревенский добротный дом без излишеств.
Всё это я подмечал автоматически, проходя в угол помещения, где располагался вполне обычный кран с раковиной. Вода послушно отозвалась на поворот вентиля, и я с удовольствием помыл руки и лицо в ледяной воде.
Все уселись и приступили к трапезе. Как же это было вкусно! Оказывается, я обожаю окрошку! Да так, что довольная Марфа трижды обновляла мне порцию, а я с удовольствием поглощал всё без остатка.
Когда я откинулся, тяжело дыша, Семен Николаевич начал разговор.
— Егорыч, этот молодой человек — одарённый первого класса. И мы с ним сможем открыть охоту на волков!
Егорыч недоверчиво посмотрел на егеря, после чего спросил:
— Вдвоём?
— А чего нам? Соберём отряд и в путь. Единственное, нам нужно вооружить парня. Саблю ему, да ружьё организовать.
— Ну, я не знаю, — с сомнением почесал он макушку.
— А чего тут знать? — влезла в разговор Марфа Никитична. — Ты уже какую ночь не спишь? Всё эти проклятущие по ночам шатаются, прямо по улицам! Собак дерут, прям с цепью вырывают! Не говоря уже про скот, до которого умудряются добраться! Вот представь себе, Николаич, вчера эти окаянные у Никифоровых собаку загрызли, после чего дверь в стайку выломали! А там у них корова, единственная кормилица! Это же какая сила нужна! Точно уже с источником зверюга!
Говорила женщина эмоционально, а я пытался себе представить, как волк, даже крупный, мог преодолеть деревянную закрытую дверь, и фантазия давала сбой. Не башкой же он её пробил? Хотя… я же смог благодаря источнику голыми руками придушить матёрого, так почему и волку с магией не провернуть нечто невероятное для их вида? Вполне.