— Вот именно! — внезапно ожесточился Багратион. — Это всё фантазии! А реальность, она уже долгие годы неизменна.
На это я вздохнул и покачал головой. Он, как бывший военный, должен был понимать, что война редко вежливо стучится в двери, особенно простых людей, обычно она обрушивается неостановимой стихией, разрушая всё на своём пути.
— И что ты сделаешь, если завтра начнётся массовое вторжение? — внезапно спросил дед Антип и пристально уставился мне в глаза.
— В зависимости от того, где буду находиться в тот момент, — ответил я, не видя смысла врать. — Моя цель не участие в войне, что без должного уровня силы почти гарантирует мою смерть. Так как я буду относиться к низшим эшелонам одарённых, и именно их пустят в бой самыми первыми, лицом встречая волны накатывающих врагов. А если вспомнить, что придётся сражаться на территории врага, да ещё и на их условиях… — я покачал головой.
— То есть сбежишь? — недобро прищурился Багратион.
— Ну почему же, — покачал головой я. — Если я столкнусь с врагом, то обязательно защищу тех, кто рядом. Но добровольцем на фронт не пойду. Война не сделает меня сильнее, — жёстко закончил я.
— Это… — Багратион с расширенными глазами посмотрел на меня, и в этот момент ему на плечо опустилась худая старческая рука Антипа.
— Не горячись, — посоветовал он Багратиону. — Ты сам сейчас не среди военных.
— Но, если придёт война, я исполню свой долг.
— Вот именно! У тебя свой долг, у него свой.
— Но ведь это… — задохнулся от возмущения Багратион.
— У бояричей с древней кровью своё понимание о чести. Для одних — это защита родины, для иных — рода, для третьих — убийство врагов. А для Алексея… — он посмотрел на меня с пониманием, — честь в том, чтобы достичь своей цели. Ведь у него нет своего рода, точнее, он о нем ничего не знает.
«В отличие от тебя», — хмыкнул я про себя, всё крепче подозревая его в информированности касательно родни этого тела.
— Это правда? — с вызовом посмотрел на меня Багратион.
— Откуда я знаю, — пожал я плечами. — Может и так. Но я всё сказал. Моя цель — стать сильнейшим в этом мире.
«И открыть портал домой», — мысленно добавил я и задумался.
А может я действительно одержим силой? Дал этой древней крови цель, и теперь она гонит меня вперёд, невзирая на смертельную опасность выбранного пути? Если так, то главное не терять разум в процессе.
— Так что будешь проходить курсы, а мы с Багратионом поохотимся на тварей и разведаем внешние территории, — подвёл итог дед Антип.
— А что ты ещё знаешь про эту кровную особенность боярских родов? — спросил я.
— Это всё, — развёл руками дед Антип. — Но и этого уже не мало, поверь. Древние рода ревностно охраняют свои тайны.
Спрашивать, как он узнал, при таких условиях я не стал. Оно мне без надобности, кем он был в прошлом, сейчас стоит сосредоточиться на настоящем.
Глава 16
На следующий день мы пересекли ещё одну трассу, по которой неслось с десяток машин спортивного вида, а ещё, параллельно шла другая дорога, сделанная из бетонных плит, видимо, для военной техники. Мы прошли несколько сотен метров пока не упёрлись в забор из колючей проволоки.
— Раньше такого здесь не было, — дед Антип озадаченно уставился на ощетинившийся железом забор.
— Не к добру это, — хмуро произнёс Багратион, а дед Антип покосился на меня.
— Может и правда, не зря вы скрывались по тайге всё это время, — задумчиво произнёс он. — Алексей, подойди ко мне.
Я выполнил требуемое, и дед Антип несколько секунд водил перед моим лицом руками, после чего сложил ладони чашей, в которой тут же появилась алая густая жидкость.
— Сейчас будет больно, но так нужно для безопасности, — предупредил он и, дождавшись моего кивка, резко плеснул мне в лицо.
Я с силой сжал челюсти, чтобы стон боли не вырвался на свободу, пусть и приглушённый. А как иначе, если мне плеснули кипятком прямо в лицо.
Руки невольно дёрнулись к поражённому месту, но Багратион с Антипом вовремя сжали их в стальных клещах.
— Терпи казак, атаманом будешь! — бодро мотивировал дед Антип, но я не был расположен к диалогу или же выслушиванию речей. Всё что меня волновало, это ощущение, что с лица заживо сдирают кожу.