— Да, — кивнул я.
— Ты врёшь, — сходу произнёс он и оскалился, буквально. Его зубы оказались двумя рядами наточенных клыков.
— Я бы не был столь категоричен, — покачал головой я, не поведясь на провокацию.
Он ведь не напал, а просто решил напугать, наверное. Меня, как человека, всю сознательную жизнь разбирающегося в людском поведении, сейчас очень бесило не понимание логики этого индивида. Насколько она отличается от людей?
— Не понимаю, — нахмурился он, — что это за странный аспект?
Он протянул ко мне бледную жилистую руку, и я заметил заострённые по-звериному ногти. Дотронувшись до барьера, он отдёрнул кисть и затряс ей, будто обжёгся.
— Лю-бо-пыт-но, — протянул он слово по слогам, будто пробуя его на вкус.
— Слушай, а почему у тебя на голове ирокез? — внезапно даже для себя самого спросил я.
— Это… — начал он, но сбился на полуслове, ошарашено посмотрев на меня, а я же внутренне улыбнулся. Значит, он всё же мыслит и действует как человек, кем бы он ни был на самом деле.
— Рок жив, — пробормотал он.
— Цой жив, — согласился я с ним.
В этот момент в его глазах, что были вполне обычными тёмного цвета, промелькнуло нечто.
— Ты знаешь кто такой Цой? — спросил он, а его черты лица кажется ещё сильнее заострились. Казалось, лицевые кости так сильно натянули кожу, что та в любой момент может не выдержать и порваться.
— Да, — осторожно произнёс я, — но не лично, слушал его песни. Я большой фанат.
— И группу крови знаешь? — всё с тем же непонятным блеском в глазах, спросил он, вплотную приблизив лицо к щиту.
— Знаю, — кивнул я.
— Наизусть?
— Наизусть, — подтвердил я его догадку, вспоминая как играл на гитаре не сложные аккорды и пел девушкам, за что те всегда тепло благодарили.
— И на гитаре можешь?
Я облегчённо выдохнул, до последнего ожидая подвоха.
— Могу, — я снял защиту, но мысленно приготовился к телепорту. Уверен, скорости моего рывка не хватит для уклонения от атаки, тем более в упор. А так, я сделал жест вежливости и доверительного шага на встречу.
— Я сейчас, — этот странный тип крутнулся вокруг своей оси и рванул в чащу на скорости быстрейшего поезда в мире.
Спустя с десяток секунд он вернулся, но уже с гитарным чехлом. К моему удивлению, вокруг музыкального инструмента витала защитная магия, которую мой новый знакомец несколько секунд снимал.
— Вот, — он бережно протянул мне новенькую шестиструнку. — Сыграй. Прошу.
Он говорил просительно, а на глазах даже слезы навернулись.
Я выдохнул и поискав место для приземления, сел на поваленную толстую сосну.
— Меня Алексеем зовут.
— А меня Лютым.
— Хорошо, Лютый, — не стал я удивляться такому оригинальному имени, — слушай.
Пальцы пробежались по струнам, выдавая приятную мелодию, и я запел:
— Тёплое место, но улицы ждут
Отпечатков наших ног.
Звёздная пыль на сапогах…
Как только слова потекли в реальность, нежно укутываемые мелодией, глаза Лютого наполнились слезами и он, будто ребёнок, подсел поближе, кивая в такт мотиву.
Когда начался припев, мне показалось, что он и вовсе перестал дышать.
А затем я перестал мониторить обстановку вокруг и полностью отдался песне. Оказалось, у этого тела куда лучше голос и слух, чем у меня когда-то. Пусть его душа попадёт в лучшее место.
Я играл, пел и что-то внутри меня будто медленно, словно медведь весной, выходило из спячки.
— … Пожела-ай мне-е-е удачи!
Закончив, я открыл глаза и обнаружил, что всё бревно занято внимательными слушателями. Были здесь и люди, и звери, причём у последних был подозрительно умный взгляд. И конечно, на меня с неподдельным восторгом смотрела Зевана. Она, как и всякая нормальная девушка, осталась в восторге. А Лютый… скажем так, он был в экстазе. По щекам текли слезы, а в глазах стояла такая фанатичная преданность, будто перед ним воплоти оказался сам Цой, а не парень, что умеет играть на гитаре и немного петь.
— Это было великолепно! — с придыханием обняла меня моя супруга.
— Это было невероятно!!! — воскликнул Лютый и подскочил.
Он заходил передо мной из стороны в сторону, при этом что-то бормоча себе под нос, будто безумный.
— Лютый, — позвала его Зевана, но он не отреагировал, потому она повторила, но более настойчиво: — Лютый!
— Да? Что? — посмотрел он на неё взглядом человека, который был где угодно, но не здесь.
— Это мой муж, — и она обняла меня за шею, поцеловав в щеку, после чего строго посмотрела на Лютого. — И ты будешь обучать его магическому бою волка.