Я уснул.
Мне снился тёмный коридор у себя в квартире. Я жил в старом жилищном фонде, который отличался большим количеством квадратных метров, высокими потолками и вот такими длинными коридорами. Впереди была дверь в гостиную, которая слегка была приоткрыта. Вот только вместо света, из створки лился бледный призрачный туман, в котором угадывались зелёные и алые прожилки. В точности как у того волка, что на нас напал.
Я медленно подошёл к двери и остановился, не решаясь войти. Сердце тревожно билось, предостерегая от подобного шага, но любопытство не дремало. Оно вооружилось логикой, мол, если не посмотрю, буду потом всю жизнь гадать и жалеть об упущенной возможности.
Трезво рассудив, я загнал беспокойство поглубже, но при этом не спешил открывать дверь и тем более входить внутрь. Там явно было нечто опасное, судя по специфичному цвету сияющего изнутри тумана.
Я не мог полностью игнорировать своё предчувствие. Поэтому, подойдя вплотную, я краем глаза заглянул в оставленную кем-то щель, не касаясь ни проёма, ни самой двери.
Моему взору предстала странная комната, в которой витал туман. Спиной ко мне стоял молодой человек с белыми волосами и худощавым телом. Он был облачен в белую рубаху и штаны, точно такие же, в каких я сам появился в этом мире.
Раздался женский голос, но я не мог разобрать ни слова. Внутренняя чуйка подсказывала, что нужно потянуть за ручку дверцы, чтобы понять услышанное, но тот же внутренний голос вопил о том, что делать этого категорически нельзя, меня не спасёт то, что это всё сон.
И я благоразумно продолжил наблюдать за тем, что происходило в комнате.
«Вот же! — с досадой думал я, — Какой неудачный ракурс. Ничего же не видно толком!»
И в этот момент, будто в компьютерной игре, мир смазался и через миг вернулся к своему нормальному виду, но картинка уже сменилась.
Теперь я увидел больше. Парень в белом оказался моим двойником, точнее, полной копией моего реципиента. Напротив него стояла каменная тумба, на которой лежала раскрытая книга антикварного вида, с пожелтевшими страницами. Парень смотрел на женщину в белом с красными узорами платье, от неё исходил тот самый зелено-алый туман, который твёрдо связался у меня с кровью и ядом. Было в ней нечто пугающее. Парень с нескрываемым ужасом смотрел на неё и сжался, будто его сейчас должны были убить.
Они о чём-то говорили, и двойник еле заметно кивнул или же просто вздрогнул, после чего в руках женщины, у которой были красивые длинные чёрные волосы, дрожащие будто на ветру, возник в руках кинжал. В этот момент я ощутил опасность и одновременную потребность увидеть её лицо.
Но не успел.
— Живой? — надо мной возвышался Лютый.
Выглядел он потрёпанным. Его голый торс был покрыт ранами, из которых вытекала гниль.
— Я же говорил, — осторожно повертел я головой, проверяя на головокружение. Вроде всё в порядке. — Нельзя, чтобы он тебя ранил.
— Легко сказать, — невесело ухмыльнулся Лютый. — Держи! — Он бросил мне камень размером с яблоко. — Повезло, что камень оказался не заражён.
Я поймал камень из сердца волка и внимательно его рассмотрел. Действительно, внутри не просматривалось ни единой алой или зелёной жилки, чистый синий цвет.
— И остальное тоже забери. Сейчас я попробую научить тебя делать свой пространственный карман. Тебе это пригодится в будущем.
Взмахом руки он материализовал весь хабар с полевиков.
— Куда ты торопишься? — ещё не отойдя от крайне реалистичного сна, уточнил я.
— Эта дрянь, — он указал на большую рану на груди, из которой сочилась грязно зелёная жижа с кровяными прожилками, — скоро превратит меня… — он замолк, судорожно глотая воздух, после чего продолжил севшим голосом: — убьёт меня или, что хуже, превратит в одержимого.
Сонливость махом слетела, и я, глядя в глаза моего наставника, спросил:
— Что нужно для твоего спасения?
Вместо ответа он закашлялся и упал на колено. Сплюнув всё ту же жижу, произнёс:
— Сильный целитель, который выведет яд через своё тело.
— Как это сделать? — подскочил я.
— Ты только зазря умрёшь. Ты аспектом жизни даже интуитивно не владеешь и воо… — договорить ему не позволил приступ сильного кашля.
— Я задал вопрос, а не спрашивал твоего мнения, — навис я над ним. — Говори!
Этот человек или волк, не важно, мне был нужен, а потому я не позволю ему умереть.
— Говори! — надавил я голосом, глядя как его накаченное тело начало усыхать прямо на глазах.
Он мгновение смотрел на меня, будто решаясь, после чего закрыл глаза и заговорил: