– Обыщите его, поделим кошелёк. Всё одно сирота, родных нет.
Обыскали. Высыпали на плиты содержимое мешочка. Тьфу, зачем он это собирал. Женские непарные серёжки, дешевенькие перстенёчки, амулетики…
Дарген закричал, схватил амулет. Его семейный амулет. Он пропал с тела его десятилетней сестры, когда кто-то её убил. Изуродовал и убил. Судя по количеству вытекшей крови, уродовали её ещё живой. Посмотрел вслед колдунам. Значит, вы пришли за душами чудовищ.
– Боги вам в помощь, кто бы вы ни были.
Рука сама по себе сделала жест пожелания удачи.
* * *Заседание началось ровно в полдень.
– Мне бы хотелось подвести итоги нашей деятельности, – объявил Верховный иерарх. Ну надо же было занять чем-то всех, пока десятые готовят свой переворот. – Вирусологи, вам слово.
Поднялся Варкен, иерарх двенадцатого уровня,
– Что вы хотите знать конкретно?
– Ну, для начала, как там поживают мутанты?
– Хорошо живут, помрут скоро, – пошутил Варкен, вызвав по залу смешки.
Верховный благосклонно кивнул,
– Подробнее, пожалуйста.
– Мы одновременно адаптируем под них вирусы гриппа и оспы, а так-же бациллы чумы. Успешный результат показала чума. После моей модификации, – тут в зале снова послышались смешки, большинство знало о том, что настоящим автором модификации является молоденькая лаборантка последнего цикла, уже достигшая девятого уровня и носившая значок личной фаворитки иерарха. – чума стала заражать и летунов, и осьминогов. Распространяется модифицированными комарами. Достаточно сбросить пару контейнеров у поселения, и эпидемия обеспечена.
– Прекрасно. А что нам расскажет иерарх Шапего?
Названный встал, преданно глядя в глаза,
– Корабли с усыпляющими ракетами всё ещё дежурят в проливе, но я думаю, волколака мы упустили. Они могли пробраться сушей или проскочить пролив во время пси-бури, когда не работал радар.
– Ладно. Надеюсь, они захотят посетить университет. Надеюсь, ваша усыплялка сработает.
– Не сомневайтесь. Разведка достоверно донесла, что волколака можно усыпить. У древлян его усыпил местный паук.
– Ладно-ладно, я вам верю…
Вот тут и погас свет. Люди привычно достали из карманов химические лампы, переломили. Зал заседаний осветился мертвенно-зелёным светом. Верховный ринулся к трибуне, распаковал тайник… И растерянно замер. Лампа готовности не горела. Это была не диверсия в зале генераторов. Это была настоящая пси-буря.
Тут начали гаснуть химические лампы. Это было невозможно, никакая пси-буря не могла погасить химический источник света. Зал заседаний опять погрузился в темноту. Раздались испуганные крики, липкий страх распространился в воздухе. Заскрежетали открываемые двери, отчётливо было слышно, как раздирался древний бронебойный пластик. В зале разом захрипело несколько иерархов. Верховный вдруг обнаружил, что выдохнуть он может, а вдохнуть нет. Захрипел, схватившись за горло. Кто-то невидимый, неосязаемый, душил его в темноте, как и предсказал сон. Верховный понял. Десятка была не причём. Последней мыслью было: «Проклятые мутанты добрались до нас первыми».
* * *Волколаки и трое волхвов стояли перед древним главным входом Убежища. Искорёженная плита ворот валялась рядом.
«Не могу», – Волк отрицательно покачал головой. – «Светарь как-то заблокировал внутри Убежища все запахи, мыслесканеры. Пробираться можно только на ощупь в полной темноте. Лучше ждать на выходе»
– Простите, я правильно понял, волколаки разумны?
Все обернулись на ректора Назаретского Университета. Бодрый седой старичок прибежал на встречу сам, неведомо как прознав о визите волхвов с волколаками. Повозмущался сломанной стеной, поинтересовался, что за катакомбы открылись под его университетом, недоверчиво покачал головой, когда ему сказали, что там прячутся потомки многочисленного племени, укрывшегося здесь со времён Конца Света. И вот теперь засыпал вопросами совершенно не расположенных к беседе волхвов.
«Разумны. А ещё мы обоими ушами шевелить умеем» – сообщил Волк и пошевелил одним ухом. Ректор не повёлся на старую шутку и не стал говорить, что ухо шевелится только одно. Вместо этого он жутко обрадовался и начал приставать с вопросами уже к волколакам о волколачьих обычаях и нравах.
«Давайте отложим на потом. Там сейчас наш друг истребляет целый народ. Сегодня не день вопросов» – сказал Осьминог.
Ректор наконец отстал, неподвижно встал позади волхвов.
Светарь появился через пару часов, держа над головой горящий факел, сделанный из каких-то тряпок. За ним гурьбой следовали пятеро молодых осьминогов, семеро детей летунов и ещё два десятка зелено-чешуйчатых мутантов, напоминавших ставших на задние лапы худых бесхвостых ящериц. Зубы чешуйчатых выдавали хищников.