Спать он лёг возле тлеющих углей хижины. И проснулся от того, что встревоженная Инда трясла его за плечо,
– Утро!
Нбоа вскочил. ОН ПРОСПАЛ!!! Впервые в своей жизни. Бежать на пляж было уже некогда, он кинулся к ближайшему дереву, взобрался наверх, глянул на восход. Жуткое зрелище открылось ему, по сравнению с которым вчерашний обряд волколаков был сущей ерундой. Солнце всё же взошло, но оно было чёрным!!! Чёрным, спящим, лишь волосы богини сияли вокруг чёрного диска. Вот, значит, что произойдёт после его смерти! Умирать ему никак нельзя, если раньше он сомневался, то теперь точно знал, что остался последним призывающим.
Страх. Страх охватывал мир. В ужасе застыли родичи и духи ляо. Молчали птицы, не перекликались павианы. Никогда на его памяти не было в джунглях тишины, а тут наступила, даже цикады молчали. Липкий ужас охватил всех. Инда взобралась и уцепилась за ветку рядом, странно, она совсем не была испугана. И виноватой себя не чувствует, а ведь должна. Вот оно, доказательство смысла его существования, перед глазами.
– Держи меня, чтобы я не упал в трансе, – приказал Нбоа своей ученице. Затем так быстро, на сколько мог, вошёл в транс.
– Мать всей жизни, дающая свет и тепло. Мы жаждем увидеть тебя. Вернись к нам из своего сна…
И Солнце откликнулось! Ослепительно начал светился самый краешек чёрного диска. Совсем немного, маленький кусочек. Начавшая просыпаться богиня убрала волосы, те исчезли, остался только чёрный диск с ярким сияющим кусочком с краю. Нбоа продолжил призыв, кусочек быстро разросся до узкого серпа по краю чёрного диска, а вскоре Солнце проснулось полностью. Нбоа ещё долго сидел на дереве, в груди бешено стучало сердце. Не в его возрасте прыгать по веткам. А настроение было… ликующим.
Нбоа довольно оскалился, уж самому с собой надо быть честным. Он сейчас должен биться в горе, что плохо выполняет свой долг, но на самом деле он ликовал! Что ни говори, но неверие Инды всё же слегка поколебало его уверенность в действенности призыва. Нет-нет, а закрадывалась мысль: «А вдруг она права? Вдруг Солнце всходит само по себе?». Проверить было легко, опоздать ко времени призыва, но духу не хватало. Мир большой, зачем пугать всех ТАК. Не имеет права. И вот, проверка получилась сама собой. Да ещё какая, на глазах Инды! Что стоит способность волколаков открыть дверь в обитель богов по сравнению с таким могуществом!
– Спускаемся, – грубоватым тоном приказал он ей. Инда послушно начала спускаться первой, не отрывая от него взгляда, на ощупь находя нижние ветки. Да она же за него боится! Что он упадёт. Пробрало ученицу! Виду не подаёт, а сама боится, что с ним вдруг что ни будь случится. Вот так вот, девочка! А то задурили тебе голову в этом Назарете.
Оказавшись на земле, не спеша побрёл к своему пепелищу. Все чешуистые селения собрались здесь, страшно перепуганные. Волколаков нигде не было видно. Толпа сородичей вытолкнула вперёд Енет, его первую жену. Самую любимую. После того, как она родила троих девочек, и ни одного мальчика, он оставил её, взяв другую жену, но память о своей первой любви не забыл. Похоже, его родичи хотят сказать ему что-то неприятное, раз вытолкнули Енет. Ей он никогда ничего плохого не сделает, что бы она не сказала.
– Нбоа! – обратилась к нему Енет. – Возьми себе ученика мальчика!
Ага. Их тоже проняло. Напугались, что умрёт призывающий, и останутся без Солнца. Смотри, смотри, неверующая Инда, на моё торжество.
– Мабутыпа сказал мне, что в следующем году мне предложат ритуал укуса, – сказал он толпе небрежным тоном. И добавил с сожалением, – без ритуала мне осталось жить не больше двух лет.
Дружное сипение облегчённого выдоха толпы.
– А теперь помогите мне построить новую хижину. За это я сделаю десять светляков.
Взялись дружно, всем селением. Начали разгребать пепел, Нбоа раскопал свой тайник, который совсем не пострадал. Уже через полчаса появились в достатке стволы, циновки, дети плели из листьев будущую крышу. Появились волколаки, встали, наблюдая за суетой.