Самопожертвование ради человека? Интересно…
В глубине улицы с грохотом закрылась дверь, привлекая моё внимание. Секундная оплошность с моей стороны обернулась тем, что в моё плечо прилетела серебряная пуля, выпущенная из пистолета, который сейчас в руках держала брюнетка. Так вот почему она такая смелая? Надеялась, что серебряной пульки хватит, чтобы меня повалить? Вроде, на вид не дура…
«Всё-таки, дура», - подумал я, заметив, что она снова вскинула пистолет, приготовившись выстрелить повторно.
Одним движением я выбил пушку из её рук, но незнакомка не расстроилась. Столько пофигизма в глазах я ещё никогда не видел. Словно поняв, что убить меня не выйдет, брюнетка наплевала на всё и просто подпёрла задницей машину. Даже руки за спину завела.
- Кстати, ты знаешь, что ты очень большой? На стероидах? – вдруг спросила она. Счёл за комплимент. – О! И кстати, раз мы так мило с тобой беседуем, может, расскажешь мне, кто убивает местных в нейтральном лесочке? Не расскажешь? Жаль…
Поверь мне, крошка, многие волки хотят знать, кто подставляет их этими убийствами и рушит множество полезных связей с миром людей.
Я бы, может, побеседовал с ней на эту тему, но её запах застилает разум, просачиваясь в каждую клетку моего тела и отравляя мысли.
Брюнетка разглядывает мой торс, и я не отказываю себе в удовольствии взглядом облизать её точеную фигурку под кожаным платьем.
- Давай без прелюдий. Без игр кошки с мышкой. Хочешь убить меня, делай это сейчас, - вырывается усталый вздох из прекрасного ротика брюнетки, когда я поддеваю когтем её острый подбородок.
Опускаю пальцы к серебряной побрякушке на ее тонкой шее и мысленно усмехаюсь, ощутив в ней цветок аконита.
Всё встало на свои места. Мой волк не ошибся.
Подхватываю незнакомку за талию и усаживаю на крышу тачки, как куклу. Брюнетка издает лишь легкий испуганный вздох, но даже не сопротивляется, когда я развожу её стройные ножки и полной грудью вдыхаю запах, за которым бежал несколько кварталов.
- Даже не думай, - едва не рычит брюнетка, задрав ногу выше и воткнув острый каблук ровно в отверстие на моем плече, оставленное серебряной пулей. – Ты здесь даже в своей фантазии не побываешь.
Это вряд ли, дорогуша.
Кажется, ты не понимаешь, что именно сейчас происходит и ещё только произойдёт с тобой и с нами.
От концентрации запаха инстинкты заслоняют разум, и я доверяюсь им полностью, чувствуя необратимые перемены в своём организме.
Не отдавая себе отчёта, но вместе с тем, чувствуя эйфорию, которой не было во время секса ни с одной человеческой женщиной, я поваливаю незнакомку на спину, прямо на крыше её машины и совершаю то, от чего прятался многие годы, но чему сейчас не могу сопротивляться.
Я сделал её своей истинной, оставив на ней метку и свой запах, который отобьёт у любого волка желание даже посмотреть на неё, если тот не хочет оказаться в списке мёртвых.
Оставив метку, снова полной грудью вдыхаю запах незнакомки, перевожу взгляд с шеи на красивое лицо со смирено прикрытыми глазами и понимаю, что мне пора валить, потому что вдалеке слышны завывания полицейских сирен.
Глава 6. Ева
Чтоб его!
Хоть глаза не открывай.
Лучше бы всё это было банальным кошмаром, чем реальностью, в которой я проснулась, будучи носительницей метки истинной.
Мудак! О таком нужно спрашивать, прежде чем ставить. Плевать, что другой или другого истинного в целом мире не существует, но я не подписывалась на такие отношения. Я, вообще, ни на какие отношения с волками не подписывались и успешно обходилась без них все эти годы. А теперь за мной увяжется здоровенный лохматый х… хвост. А за ним и целая стая ему подобных.
Со скрипом каждого сустава я встала в постели и потерла шею, словно таким образом было возможно стереть эту метку. Но нет. Запах «своего» волка не смоешь. Он необходим и будет со мной до конца жизни, чтобы любой другой волк знал, что дама я несвободная, а по этому самому запаху будет понятно, из-за кого я несвободная.