Так вот, перед гибелью «Дампира» Ритольф испытывал такую же тяжесть в душе, что и сейчас. Маясь от предчувствия, он накинул на себя штормовой плащ и вышел на палубу шхуны. В гавани, где стояла флотилия Дикого Кота, волны были не такие угрожающие, так что можно было посетить таверну и промочить как следует горло. Командор не любил, чтобы на борту откровенно пьянствовали. Во время вынужденного простоя экипаж почти постоянно ночевал на берегу и развлекался, пока не наступит пора выходить на охоту в море.
— Кто-нибудь собирается на берег? — мрачно глядя на свинцово-серые тучи, спросил у вахтенного Ритольф.
— Кучерявый и Слепыш хотели, — шмыгнул носом вахтенный, напялив на нос широкополую шляпу с серебряной пряжкой. — Застряли в кубрике. Что, господин маг, не сидится на месте?
Чтобы сбить любопытство, Ритольф буркнул:
— Тошнит что-то, хочу землю почувствовать.
— Бывает, — кивнул вахтенный и обрадованно махнул рукой. — А вот и Слепыш! Эй, брат! Шевелись быстрее! Господин маг с вами на берег собрался!
Ритольф расстался со спутниками на пристани, совершенно не желая, чтобы они увязались за ним и на халяву попробовали бы выпить пару-тройку бутылок рома или более дешевого аксумского туака[1]. Хвала всем божествам, что пираты поперлись в другой кабак, в котором чаще всего собирались их дружки с других кораблей.
Ритольф направился в «Гордого селезня», где у него был собственный столик, за которым можно посидеть в одиночестве. Все-таки репутация мага иногда дает хорошие возможности влиять на качество своей жизни и на отношение окружающих, в глазах которых страха больше, чем уважения. Ну и плевать. Ритольф, прожив почти год в пиратской среде, понял одно: пусть боятся. Уважать здесь некому и некого. Быдло, бандиты, паталогические убийцы, с готовностью вскрывающие глотку ближнему своему. Спиной не повернись. Так что лучше так.
Хозяин таверны, которого все называли Альдо Четыре Пальца, подплыл к своему важному клиенту, солидно поздоровался, взял заказ и вдруг предупредил:
— Вас, уважаемый, ищет один человек.
— Кто такой? — сняв шляпу и аккуратно положив ее рядом с собой на лавке, поглядел на хозяина, демонстрируя шрам, оставшийся после удара об обшивку корабля.
Альдо Четыре Пальца видел на своем веку немало увечных, и спокойно воспринял очередного человека с давней тяжелой раной. Даже маги умудряются поцарапаться, — такое решение принял Альдо, нисколько не заморачиваясь психологической стороной знакомства с увечным чародеем.
— Не знаю, — качнул головой Четыре Пальца. — Я его ни разу не видел. Позвать?
— А что он говорит? — Ритольф пристально посмотрел на того человека, скромно попивающего пиво из большой деревянной кружки. Молодой парень, лицо незапоминающееся, тонкие нервные губы, а вот глаза пронырливые, хитрые. Сразу видно, что этот человек любит примеривать на себя многочисленные роли. Ритольф все же не из-под коровы вылез, имел хорошее образование, и таких проныр в городах повидал немало. Доводилось даже знакомиться.
— Совсем мало, — пожал плечами Четыре Пальца. — Только просил свести с человеком по имени Ритольф.
— Даже так? — пальцы мага протарабанили по столешнице какой-то марш. — Ладно, любезный Альдо, позови его сюда. И принеси выпивки, что покрепче.
— А ужин?
— Хорошо, пусть будет и ужин, — согласился Ритольф.
Незнакомец как будто ждал, когда чародей согласится на встречу. Как только хозяин таверны отошел от него, тут же оказался возле стола Ритольфа. Едва заметно кивнул, словно знакомый, и слегка развязно сказал:
— Прошу прощения за навязывание компании, но у меня есть кое-какие вести от ваших старых знакомых.
— Если вы стремитесь заполучить мои риалы за дешевую попытку заинтересовать, скажу сразу: не пытайтесь врать.
Сказав это, Ритольф жестом показал незнакомцу присесть напротив него.
— Меня зовут Аттикус, — представился парень. — Я живу на Рачьем острове.
— Вы из команды Лихого Плясуна?
— Не совсем, — недовольство проскочило в голосе Аттикуса. — Мое место не в абордажных командах. Я провожу больше времени на берегу, присматриваю за хозяйством.
— Вроде администратора? — не сдержал улыбки Ритольф.
— Если хотите — вроде того, — Аттикус расслабился. — Так что, господин чародей, готовы выслушать меня?