— Всего здесь три уровня, — пояснил Андреас, когда они начали подниматься по ступеням. — Верхний был построен первым, так что начнем мы с него.
Он так и держал ее за руку и, как ей казалось, бережно поддерживал ее, даже когда ей помощь не требовалась. Массивные каменные ступени вели наверх, к храму Асклепия, покровителя Гиппократа и сына Аполлона — бога солнца.
— Я не улавливаю грань между мифом и реальными фактами, — немного озадаченно сказала Шани. — Если Асклепий был богом, а Гиппократ человеком, как они общались друг с другом?
Андреас рассмеялся:
— Это как раз миф, но древние греки в это верили. И поскольку не нашлось никого, кто высказал бы иное предположение, было решено объявить Гиппократа посланцем бога медицины. Вспомни, ведь методы Гиппократа были поистине революционными для того времени и никто не сомневался в том, что человек этот обладал сверхъестественными способностями.
— Пожалуй, ты прав. И что самое удивительное, его идеям, зародившимся тысячи лет назад, удалось выжить и остаться незыблемыми в наши дни.
— Свежий воздух, простая еда, физические упражнения и своевременный отдых… — Он кивнул. — Не спорю, это идеи двадцатого столетия.
Они помолчали, будто бы отдавая дань уважения этому удивительному человеку, который с помощью своего гения и интуиции сумел сделать мир здоровее. Ставя своей целью докопаться до истины — а он был уверен, что каждое тело в итоге является собственным лекарем, — Гиппократ был твердо уверен, что для успеха врач должен лишь стать этому лекарю хорошим ассистентом.
— Он был первым, кто одержал верх над колдовством и суеверием. — Шани произнесла это вслух, но Андреас, похоже, не услышал ее, и она снова затихла, думая о том, как со всех концов света сюда стягивались больные люди, желая вновь обрести здоровье в этом тихом прекрасном месте, изолированном от внешнего мира.
После долгих изысканий в Асклепионе Гиппократ решил пополнить багаж своих знаний, став странствующим лекарем, и немало открытий он сделал, прежде чем вернулся на свой родной остров Кос. Тогда он и построил храм богу врачевания, и вскоре больница стала первой школой медицины, где постигалась наука, а не примитивное знахарство. Под его руководством Асклепион превратился в храм искусства. Одной из главных теорий великого лекаря было душевное равновесие больного, и Гиппократ позаботился о том, чтобы в этих стенах его пациентов окружала красота и гармония. Учение Гиппократа заложило фундамент современной науки, став святыней для всех врачей мира, оставаясь ею и по сей день.
Клятва Гиппократа. Шани повторила несколько ее пунктов по памяти.
«Клянусь действовать во благо страждущим. Клянусь взвешивать свои решения, ибо они должны нести людям здоровье и пользу, а не вред и боль. Клянусь никому не причинять боли и страданий. Клянусь, что не предпишу пациенту лекарства, способного навредить ему и умертвить его, если не будет в нем надобности. Я клянусь блюсти чистоту жизни и души моей…»
Шани посмотрела на мужа. Он щурился от яркого солнца. Такой высокий и стройный… чистый и духовно и физически.
Мог ли такой человек завести интрижку на стороне? Была ли для него Лидия больше чем просто коллега и друг? У Шани и прежде возникали сомнения на этот счет, а теперь… «Клянусь блюсти чистоту жизни и души моей». Конечно, он был греком. Он мог быть горячим любовником от природы своей, но, глядя на него, стоящего на древних руинах, погруженного в мысли о вечном, Шани представить себе не могла, чтобы он хоть на секунду забыл эту клятву.
— Ты только взгляни на эти ступени… — он отпустил ее руку и указал на них. — Черный мрамор.
— Они прекрасны. Мрамор наверняка привезли издалека.
Андреас покачал головой и сообщил, что горные породы этих мест изобилуют этим типом мрамора.
— Им повезло, — заметил он. — Ведь мрамор играл не последнюю роль во всей архитектуре того времени — времени дворцов и статуй. Кроме ступеней, остатков портика и нескольких колонн от некогда прекрасного и величественного храма Асклепию, не осталось ровным счетом ничего. — И Андреас с недовольством упомянул многочисленные случавшиеся здесь землетрясения.
Они еще довольно долго блуждали по руинам, всматриваясь в их очертания и строя предположения, где могли проживать доктора, а где находились покои медсестер.
— А пациенты должны были оплачивать свое лечение? — внезапно поинтересовалась Шани.