Я невольно посмотрела на Игоря и поймала его внимательный взгляд — он тоже ждал ответ на этот вопрос.
— Для этого я сюда и приехала, — говорю честно, но опер не понимает.
— Зачем вы пришли сегодня к доктору Прокопенко?
— Я хотела узнать, по какой причине обратилась к нему…
— У моей супруги полная амнезия, — встревает в разговор Игорь и протягивает полицейскому какие-то листы, судя по всему, выписку с моим диагнозом.
С минуту Ивантеев изучает предоставленный документ.
— Я могу приложить его к делу? — Игорь кивает и уточняет, что это копия. — То есть, — снова возвращается упер ко мне, — Вы пришли в Центр с целью узнать, по каким вопросам обращались сюда до амнезии?
— Да. Я позвонила вчера и узнала, что у меня назначен приём на сегодняшнее число на 12.30. Когда пришла, администратор попросила подождать, так как доктор был занят с посетителем.
— Вы видели, кто приходил до Вас? — спрашивает следователь.
— Нет, я слышала только мужской голос, который говорил довольно громко, мне показалось, что в кабинете ругались.
— Сколько времени вы провели в Центре?
— Я пришла в 12.20, вошла в кабинет примерно в 12.40.
— Куда делся посетитель, который был у доктора?
— Он вышел, незадолго до того, как меня пригласили войти.
— Это был мужчина? Вы видели, как он выглядел?
— Нет, я не видела, кто это был. Я отвлеклась на телефон, и заметила только промелькнувшую мимо тень.
— Что делал доктор, когда вы вошли?
— Он сидел в кресле, положив руки на стол. Был задумчив, мне показалось, что он злился.
— Вы узнали… то, зачем пришли?
— Нет, я не успела. Доктор стал задыхаться.
— Вы сразу позвали на помощь? Пытались оказать её самостоятельно?
— Нет, я только закричала и хотела подать ему бутылку с водой.
— Какую бутылку? Вы с собой принесли?
— Нет, у доктора на столе стояли две бутылки, в одной воды почти не было, поэтому я открыла полную и подала. Прокопенко, задыхаясь, потянулся к ней, мне показалось, что он просит пить. Но выпить он так и не смог…
— Понятно. Последний вопрос, — анонсировал опер и мне стало немного полегче. — Куда вы дели потом бутылку?
— Как куда? — я задумалась. — Я не помню… Может, поставила обратно на стол…
— В кабинете не было никаких бутылок с водой.
— Но куда бы я могла её деть, по-вашему? — спрашиваю у опера, разводя руками.
— Да-да, Вы правы, — соглашается Ивантеев. Он дописывает что-то в своих бумагах и подаёт мне для ознакомления и подписи. — Вас пригласят, как свидетеля, в отдел в ближайшее время.
Ивантеев уходит, а мы с Игорем остаёмся вдвоём.
— Поехали, — говорит сухо муж.
— Ты ничего не спросишь? — задаю вопрос, когда он собирается выйти в коридор.
— В машине поговорим.
Чувствую себя провинившейся девочкой, которая оправдывается перед строгим папой. Меня раздирают двоякие чувства: с одной стороны, мне стыдно, что приходила в Центр до амнезии, и Игорь был не в курсе этого, к тому же я должна была рассказать мужу, что собираюсь сюда поехать сегодня. С другой — он за завтраком говорил со мной сквозь зубы, и не спрашивал о моих планах. Чего только стоила фраза: «Твоя личная жизнь меня не интересует»!
Мысленно убедив себя в правоте, сажусь на переднее сиденье.
— Рассказывай, — тоном злого следователя на допросе говорит Игорь.
— Что именно?
— Что ты делала в клинике?
— Я уже всё сказала оперуполномоченному, разве ты не сидел рядом и не слышал?
— Я не услышал главного — какова цель твоих обследований?
— Игорь, у тебя точно всё в порядке со слухом? Я же говорила, что доктор не успел мне ничего сказать, только посмотрел на меня странно и умер.
— Документы были у тебя на руках? — немного подумав, продолжает допрос.
— Какие? Паспорт, полис, СНИЛС — всё, что ты мне положил в сумку еще в больнице.
— При чём здесь паспорт?! — раздраженно вскипает муж. — Твоя карта обследований, результаты анализов, хоть что-то из этого долбанного Центра?
— Нет, я ничего такого не нашла ни в своей комнате, ни получила в клинике. Администратор только сказала ожидать, а потом… Ну, ты всё знаешь.
— Ладно, допустим, я тебе верю…
— Игорь, опять это «допустим»! Да сколько можно!? Что опять тебя заставляет сомневаться в моих словах?
— Не было твоих документов в Центре, вот что! — выкрикивает мужчина, в сердцах хлопая по рулю. — Вообще никаких данных о твоих предыдущих посещениях! Ни результатов анализов, ни обследований, НИ-ЧЕ-ГО!