— Оу, май гад, — произносит «подруга» с нескрываемым сарказмом, — мне снится сон или ко мне пришла сама Элен МистЭр?!
— Доброе утро, Марина, — стараюсь говорить доброжелательно, но поймать нужную интонацию, чтобы наладить контакт пока не получается. — Извини, что пришла без приглашения. Я хотела извиниться перед тобой.
— Даже так!? — преувеличенно удивленно восклицает и вальяжно усаживается в кресле напротив, будто на троне.
— В тайской клинике я тебя не узнала… Вернее, я никого не узнала… Да я и сейчас не узнаю никого…
— Элен, ты так мямлишь? Совсем не похоже на тебя, — чуть ли не с брезгливостью замечает Марина. — Если не узнаешь меня, то зачем тогда пришла?
Вот так, да? Так принято в моём обществе разговаривать с подругами?
— Я хотела узнать у тебя кое-что о себе… и еще об одном человеке…
— Что ты хочешь узнать? — нетерпеливо и раздраженно говорит девушка. — Хочешь узнать, как тебе выпал счастливый билетик в виде Игоря, и ты выбралась из грязи в высший свет? Я расскажу тебе с удовольствием.
Марина приосанивается и с каким-то даже остервенением начинает рассказывать.
— Ты — детдомовка, грязная посудомойка, шалашовка из клуба — затащила в постель богатого мажора и залетела от него в первый же вечер! Дальше рассказывать? Ничего не припоминаешь?
У меня перехватывает дыхание, и я слышу её слова сквозь какой-то звенящий вакуум.
— Ладно, беспамятная, я продолжу. Потом ты технично явилась в дом богатой семейки и предоставила полосатый тест под нос Игорю. Разве мог он поступить иначе, кроме как жениться на безродной девке, которая носит в себе его ребенка? Нет. Кто угодно, но не Игорь. А ведь мы все его отговаривали от этой глупости! Связался с прошмандовкой!
— Марина, мне казалось, мы подруги… — я лепечу уже из последних сил. Мне не понятно, почему она так со мной говорит.
— Конечно, подруги! Еще какие!!! Я по-дружески твоего мужа принимаю у себя уже полгода, пока ты прыгаешь из койки в койку! Что? Не сказал тебе Игорёк? Пожалел беспамятную?
— Этого не может быть… — только и могу выдавить из себя.
— Так сама у него спроси! — кричит Марина и мне кажется, что ещё чуть-чуть и она кинется на меня. — И отстань от него уже! Подпиши ты эти грёбаные документы на развод!
Я не вижу больше смысла продолжать этот разговор, и словно в тумане пытаюсь найти выход. Дворецкий появляется из ниоткуда и показывает мне дорогу.
Когда я сажусь в машину, Валера обеспокоенно поворачивается ко мне и трясет за плечи:
— Елена, Елена Максимовна, с Вами всё хорошо?
— Нет. Отвези меня домой, — говорю коротко, потому что в горле огромный ком, который мешает не то, что говорить, а не даёт даже вздохнуть нормально.
Уже подъезжая к дому, я понимаю, что должна выяснить один вопрос.
— Валера, — обращаюсь я к водителю. — Ответь мне, пожалуйста. Ты знаешь, где мой ребёнок?
— Елена Максимовна… — умоляюще тянет парень, не желая отвечать.
— Нет, Валера. Это важно. Пожалуйста, ответь! Где наш с Игорем ребёнок? Ему сейчас должно быть уже пять лет. Почему мне никто не сказал, что у меня есть ребёнок?!
У меня начинается истерика, я готова разрыдаться от бессилия.
— Елена Максимовна, — тихо начинает Валера, — у Вас нет ребенка. У Вас случился выкидыш.
— На каком сроке это произошло?
— Я не знаю такие подробности, правда, — оправдывается парень. — Я у Вас не так давно работаю, но говорили, что у Вас был сильный стресс из-за этого и вроде бы вы не хотели поэтому беременеть… Простите, это вообще меня не касается. Вам лучше спросить у Вашего мужа.
Мне не хочется видеть «своего мужа» от слова совсем!
Я поднимаюсь в свою комнату. В сумку заталкиваю вещи на первое время, документы, беру наличные деньги, которые сняла вчера в торговом центре. Тут всего десять тысяч, но на первое время, я надеюсь, мне хватит. Телефон я не беру — мне некому звонить.
Игорь был прав. Я больше не хочу узнавать о себе ничего. Ни о себе, ни о ком бы то ни было из моего окружения. Я не хочу быть здесь, не хочу быть той, кем была. С меня хватит.
Я понятия не имею, куда пойду. Но перед уходом беру лист бумаги и пишу Игорю записку.
«На развод согласна. Меня не ищи. Спасибо за всё»
Глава 16
На негнущихся ногах спешу покинуть место, которое меня заставили называть домом. Я не хочу оставаться здесь ни секунды. Мне мерзко ощущать себя причастной ко всему, что связано с моей прошлой жизнью. Хочется вычеркнуть всё, что я узнала о себе, о своих близких людях с тех пор, как пришла в себя.