Поисковая система выдаёт фото с разными видами города. Я смотрю на них и впервые чётко понимаю, что узнаю многие места. Вот центральная площадь с Лениным, указующим направление в «светлое будущее». Здесь памятник солдатам, погибшим в Великую Отечественную войну, около которого горит вечный огонь. На фото с центральной улицы, я вдруг ловлю себя на мысли, что помню некоторые объекты, которые не попали в кадр: справа будет центральная библиотека имени Пушкина, а прямо за ней — ветеринарная клиника.
Я была в Рыбинках. Это мне абсолютно очевидно.
Стук в дверь раздаётся негромко, но неожиданно, и заставляет меня вздрогнуть. Спустя пару секунд, дверь приоткрывается, и я слышу голос мужа.
— Алён, ты не спишь?
— Нет, — отвечаю тут же. — Заходи.
— Прости, что не позвал тебя в кабинет, — говорит он, садясь на край кровати. — У меня есть информация по Татьяне, если тебе интересно, могу поделиться.
— Интересно, — говорю садясь на постели.
— История с Татьяной очень непростая оказалась… — Игорь замолкает, подбирая слова. — Во-первых, она никогда не работала у Марины…
— Но она ведь всё тебе подтвердила! — изумляюсь я его словам. — Зачем ей врать о такой глупости?!
— Именно потому, что это глупость, Марина согласилась подыграть, когда ты её попросила об этом. А я даже не думал уточнять и переспрашивать. Мне вообще фиолетово было на Татьяну.
— А как же ты узнал, что Марина соврала?
— Я поговорил с её отцом. Ему-то уж точно нет никакого смысла это выдумывать.
— Получается, что нас с Татьяной связывает что-то другое, о чём я не хотела, чтобы ты узнал?
— Видимо, да, — соглашается Игорь, и по его взгляду я понимаю, что он что-то недоговаривает.
— Игорь? — окликаю его. — Ну, говори уже, что узнал Валера!?
— Татьяна жила в маленьком городке Рыбинки Волгоградской области, — я получаю подтверждение того, что правильно вспомнила название. — Этот город значится у тебя в паспорте местом рождения. Там же находится детский дом, в котором ты жила с восьми лет…
— Ты думаешь, что Татьяна могла быть как-то связана с моим детством? — мне настолько волнительно слышать то, что говорит Игорь, что я едва могу сдерживать дрожь в голосе.
— Да, Алён, — тихо подтверждает муж. Он берёт меня за руки и участливо смотрит в глаза, словно пытаясь поймать мой взгляд и внушить мне спокойствие. — У Татьяны было двое детей. Старший сын родился, когда ей было семнадцать, и его воспитывал отец. А спустя десять лет у неё родилась дочь, которую в восемь лет забрали в детский дом… Год рождения девочки совпадает с твоим…
Очевидно, Игорь увидел в моих глазах что-то ужасное, потому что его обхват моих рук стал сильнее, и пока я пыталась осознать то, что услышала от него, мужчина захватил меня в объятия.
— Алён, не волнуйся, мы во всём разберемся… — шепчет мне в макушку. — Пока всё совпадает и говорит о том, что Татьяна может быть твоей матерью… — внутри меня всё переворачивается от этих слов, ведь с первого дня я относилась к ней с подозрением. — Я на выходных еду в Рыбинки, чтобы всё выяснить. Хочешь поехать со мной?
— Да, — говорю уверенно. — Игорь, я сегодня сама вспомнила название этого города. И на фото в интернете я узнаю многие места! Моя память возвращается!
— Это хорошо, — натянуто улыбается муж. — Возможно, эта поездка поможет вспомнить ещё больше.
— Спасибо тебе, — говорю искренне и поднимаю глаза на мужчину. В эту секунду мне хочется рассказать о звонке Татьяны. Игорь не заслуживает, чтобы я продолжала его обманывать и после амнезии. — Мне нужно тебе еще кое-что рассказать, — начинаю я, но меня прерывает стук в дверь.
— Игорь Эдуардович, — слышится из приоткрытой двери голос Валеры.
— Да, Валер, иду, — он убирает руки с моей спины, и я чувствую моментально накативший холод. — Скоро вернусь, — говорит муж и мимолетно чмокает меня в районе виска.
Он выходит в коридор и продолжает разговор с водителем, который мне хорошо слышно из-за неплотно закрытой двери.
— Я могу завтра взять отгул? — спрашивает парень. — Идём с Лизой заявление подавать, хотелось бы отметить вечером. Родные приедут, познакомятся, наконец-то…
— Ты сделал то, что я просил по той тачке? — Игорь говорит тише обычного, но в идеальной тишине мне его достаточно хорошо слышно.
— Да. Завтра её номеров не будет ни в одной базе. Цену в ментовке заломили, конечно, приличную, но по-другому никак.
— Я решу, — отрезает муж. — Завтра принесёшь мне записи с внешних камер, и можешь быть свободен.
— Спасибо, шеф, — говорит довольный Валера, и спустя секунду до слуха доносятся его торопливые шаги по лестнице, а рядом с моей комнатой хлопает дверь в соседнюю. Игорь зашёл к себе.