— Не тормозим, покудава не убрались отсюдава! — сказал Роб. — Фигглы, ва-хэй!
Они заскользили по снегу за группами дозорных, которые бежали впереди. Через минуту или две Тиффани оглянулась назад и увидела, что голубые тени растекаются вширь. И становятся темнее.
— Роб… — сказала она.
— Айе, я ведаю, — отозвался он. — Резвей, парни!
— Они быстро текут, Роб!
— Энто ведаю тож!
Крупинки снега секли ей лицо. Деревья по бокам сливались в полосы. Лес проносился мимо. Но тени расползались впереди, преграждая дорогу, и бежать сквозь них было как сквозь что-то плотное. Как сквозь густой туман.
А тени за спиной были уже полуночно-черными внутри.
Но пиктси оставили позади последнее дерево, теперь перед ними раскинулась белая равнина.
Они остановились — так резко, что Тиффани чуть не кувыркнулась вперед.
— Что такое?
— А где наши старые следы подевалися? — сказал Вулли Валенок. — Только что были! В которую сторону нам?
Протоптанная по снегу тропа, что вела их все это время, исчезла.
Роб Всякограб глянул в сторону леса. Там клубилась тьма, словно дым, и расстилалась вдоль горизонта.
— Она кошмары за нами послала, — прорычал Роб. — Туго будет, ребята.
Тиффани различила очертания в надвигающейся ночи. Обняла Вентворта покрепче.
— Кошмары, — повторил Роб, обернувшись к ней. — Тебе с ними знаться нечего. Мы придержим их. Тебе тикать надо. Уматывай сей же миг!
— Мне же некуда бежать! — сказала Тиффани.
Она слышала тонкие звуки, вроде стрекотания, вроде шума насекомых, со стороны леса. Пиктси плотно стянулись друг к другу. Обычно, когда они чуяли будущую драку, то ухмылялись от уха до уха. Но сейчас они были смертельно серьезны.
— Эччч, не умеет она проигрывать, Кралева, — сказал Роб.
Тиффани посмотрела на противоположную сторону горизонта. Кипящая чернота была и там: кольцо смыкалось вокруг них со всех сторон.
Двери повсюду, думала она. Старая келда говорила, что двери — они повсюду. Я должна найти дверь.
Но здесь только снег да несколько деревьев…
Пиктси вытащили мечи.
— А что э-э, это за кошмары? — спросила Тиффани.
— Обычные вещи дурными становятся, — сказал Роб.
Тиффани секунду смотрела на него недоуменно, а потом ее передернуло. О да, она знала, что это за кошмары. Они редко приходили к ней, но когда приходили, это было гадко. Как-то раз она проснулась и ее всю колотило от мысли, что за ней гонялись ботинки Бабушки Болит. А в другой раз это была банка сахара. Что угодно может стать кошмаром.
С чудовищами она бы как-нибудь разобралась. Но не хотела столкнуться с озверевшими ботинками.
— Э-э… у меня есть идея, — сказала она.
— И у меня, — отозвался Роб. — Быть подальше отсюда, идея моя.
— Вон там кучка деревьев, — сказала Тиффани.
— Ну и? — Сказал Роб, вглядываясь в тучу кошмаров. Теперь там были видны детали — зубы, когти, глаза, ребра. Судя по свирепому взгляду Роба, было ясно: что бы ни случилось дальше, первые несколько чудовищ встретятся лицом к лицу с очень серьезной проблемой. Если у них есть лица.
— А вообще можно драться с кошмарами? — спросила Тиффани.
— Нету штуки, с которой мы драться не можем, — прорычал Здоров Ян. — Если у него есть глава, она попомнит чудное мгновенье. А если нету главы у него, напинаем что есть!
Тиффани уставилась в наступающее… нечто.
— У некоторых там голов хватает!
— Везуха, стало быть, — ответил Вулли Валенок.
Пиктси переминались с ноги на ногу, готовясь кинуться в бой.
— Сыграй нам грустно, дудочник, — сказал Роб Вильяму гоннаглу. — Под музыку волынки биться станем…
— Нет! — сказала Тиффани. — Я этого терпеть не намерена! Способ драться с кошмаром — проснуться! Я ваша келда! Это приказ! Бежим к вон тем деревьям! Делать, что я сказала!
— Малямаля-цы! — завопил Вентворт.
Пиктси глянули на кучку деревьев, потом на Тиффани.
— Делать! — заорала она с такой силой, что несколько Фигглов моргнули. — Сейчас же делать, что я сказала! Этот путь лучше!
— Карге не перечат, Роб, — негромко сказал Вильям.
— Я приведу вас домой, — отрезала Тиффани. «Надеюсь», — мысленно прибавила она. Но ей видно было маленькое, круглое, бледное лицо, которое выглядывало из-за дерева. В той купе деревьев прятался дрём.
— Эччч, айе, но… — Роб глянул туда. — Аии, нет, зрите это…
Перед наступающей стеной жути появилась бледная точка. Снибс пытался оторваться. Его локти ходили, как поршни. Коротенькие ноги словно слились в колесо. Щеки надулись, как шары.
Волна кошмаров прокатилась поверх него и продолжала наступать.
Роб сунул свой меч в ножны.
— Слышали, что наша келда рекла! — крикнул он. — Берем ее и гэтьски!
Тиффани приподнялась над землей. Фигглы подхватили бесчувственного Роланда. И все помчались к деревьям.
Тиффани вытащила руку из кармана передника. Расправила смятую обертку «Бравого Морехода». Вещь, на которой можно сосредоточиться, вспомнить свой сон…
Говорят, что море можно увидеть с высочайшего холма на Мелу. В ясный зимний день, когда воздух был чист и прозрачен, Тиффани вглядывалась изо всех сил — и видела лишь голубоватый туман, в который сливается далекая даль. Но море на пачке «Бравого Морехода» было ярко-синим, с белыми серпиками на волнах. Оно было морем, для Тиффани.
Дрём, притаившийся в тех деревьях, выглядит маленьким. Значит, не очень уж он сильный. Надеюсь на это. Я должна надеяться на это…
Деревья приближались. И кольцо кошмаров — тоже. Некоторые звуки были ужасны: хруст костей, треск разбиваемых камней, зуд жалящих насекомых, кошачий визг, все ближе и ближе… ближе…
Глава 12. Бравый мореход
…кругом был песок, разбивались белопенные волны, падали на прибрежную гальку и отступали с таким звуком, с каким старая женщина сосет твердый мятный леденец.
— Кривенс! Где энто мы? — сказал Вулли Валенок.
— Айе, и почему мы на желтые грибы похожие? — добавил Роб Всякограб.
Тиффани посмотрела вниз и хихикнула. Все Фигглы были одеты в точности как Бравый Мореход: в дождевиках из промасленной кожи, с такими же кожаными широкополыми шляпами желтого цвета, которые почти целиком закрывали им лица. Пиктси начали бродить туда-сюда, натыкаясь друг на друга.
«Мой сон!» — подумала Тиффани. — «Дрём пользуется тем, что может найти в твоем разуме… но этот сон — мой. Я сама могу им воспользоваться».
Вентворт притих. Он во все глаза смотрел на волны.
На прибрежной отмели была лодка. Как один Фиггл, или желтый гриб, все пиктси ринулись к ней и стали карабкаться на борт.
— Что вы делаете? — спросила Тиффани.
— Лучше нам драпака дать отсюда, — ответил Роб. — Славный сон ты нашла, но медлить здесь неможно.
— Мы же будем тут в безопасности!
— Эччч, Кралева всюду сыщет путь, — сказал Роб, и сотня пиктси подняла весло. — Не клопочи себя, мы в лодках разумеем. Видала, как Не-Вовсе-Мальца-Джорди с Мальца Бобби ущучивали рыбку в той реке? Не чужие мы искусству рыболовному и судоходному, ведаешь ли.
Похоже, они действительно знали толк в лодках. Весла поднялись, были вставлены в уключины, отряды Фигглов заработали, лодка сошла с камней и оказалась на волнах.
— Теперь ты мальца родича давай, — крикнул Роб Всякограб с кормы.
Неуверенно, поскальзываясь на мокрых камнях, Тиффани прошлепала по холодной воде и передала Вентворта в лодку.
Для него, кажется, все происходящее было дико забавным.
— Малямаля цацы! — вопил он, когда его усаживали в лодку. Это была его единственная шутка, и он не собирался ее бросать.
— Айе, верно говоришь, — сказал Роб, запихивая Вентворта под сиденье. — Теперя вести себя, как бы хороший мальчик, про сладка не орать, а то Дядя Роб тебя поразит по уху.
Вентворт хихикнул.
Тиффани побежала обратно на сушу и с большим трудом заставила Роланда встать на ноги. Он посмотрел на нее затуманенным взглядом и проговорил:
— Ч… случилось? Я видел странный со… — его глаза опять закрылись, и он обмяк.