– Грустно уезжать из такого прекрасного дома, капитан! – заговорил Клейли. – Клянусь Юпитером, я охотно поселился бы в нем навсегда!
– Послушайте, Клейли, ведь вы влюблены!
– Да! Я и не скрываю этого... О, если бы я владел испанским языком так, как вы!
Я невольно улыбнулся, вспомнив, как лейтенант пытался извлечь наибольшую пользу из тех обрывков английского языка, которые имелись в запасе у Марии. Мне хотелось узнать, произошло ли у них решительное объяснение. Любопытство мое вскоре было удовлетворено.
– Знай я испанский язык, – продолжал Клейли, – я поставил бы вопрос ребром. Я старался из всех сил добиться ясного –да_ или –нет_, но меня не могли или не хотели понять, и я должен был уехать ни с чем...
– Почему же она не понимала вас? Ведь она знает немного по-английски!
– Я тоже так думал, но каждый раз, как я заговаривал о любви, она начинала хохотать и бить меня веером по лицу... Нет, ясное дело, я должен объясниться по-испански. Я решил серьезно приняться за дело. Вот она дала мне...
Он вытащил из седельной сумки два небольших томика, оказавшиеся испанской грамматикой и лексиконом. Я не мог удержаться от смеха.
– Дорогой друг, – сказал я, – вы скоро убедитесь, что лучший лексикон для вас – сама Мария де Ля-Люс.
– Это верно, – вздохнул Клейли. – Но что же делать? Разве скоро опять увидишься с нею! Не каждый же день будут давать нам командировки для реквизиции мулов.
Надежды на скорое свидание действительно было немного. Я сам уже думал об этом. Вырваться из лагеря нелегко.
Ранчо дона Косме находилось в десяти милях от наших аванпостов, и дорога была небезопасна для одинокого путника. Да, шансов на частые свидания было мало.
– Нельзя ли нам будет как-нибудь улизнуть из лагеря ночью? – продолжал Клейли. – Захватим полдюжины наших молодцов и отправимся. Что вы на это скажете, капитан?
– Я обещал им привезти брата, и без него ни за что не покажусь на глаза.
– Не думаю, чтоб вам скоро удалось вытащить этого молодца из осажденного города...
Предсказание оправдалось. При въезде в лагерь нас встретил адъютант главнокомандующего; от него мы узнали, что с прошлого утра прекращено всякое сообщение между городом и иностранными кораблями.
Поездка дона Косме оказалась совершенно бесполезной. Я передал ему грустную новость и предложил возвратиться домой.
– Не говорите домашним правды. Скажите им, что я все взял на себя. Будьте уверены, что я постараюсь попасть в город первым, немедленно разыщу вашего мальчика и доставлю его целым и невредимым, – утешал я старика.
– Благодарю вас, капитан! – сказал он. – Вы очень великодушны, но боюсь, что едва ли можно теперь что-нибудь сделать. Нам остается лишь ждать и надеяться, – он склонил голову в глубоком отчаянии.
Мы с Раулем проводили его назад, за наши линии; пожали ему руку и расстались. Некоторое время я следил за ним глазами. Он ехал, сгорбившись и не глядя по сторонам. Сердце мое обливалось кровью при виде несчастного отца: с тяжестью на душе вернулся я в лагерь...
Бомбардировка города еще не начиналась, но батареи были в боевой готовности. Не было ни одного дюйма стены, не находившегося под обстрелом. В городе всем угрожала гибель; не был гарантирован от нее и сын дона Косме. Неужели мне придется быть вестником его смерти? И так уж судьба вынудила меня лишить отца почти всякой надежды!
– Как нам спасти сына дона Косме? – обратился я к Раулю.
– Что прикажете, капитан? – спросил он, не расслышав моих слов.
– Ты хорошо знаешь Вера-Круц? – спросил я.
– Как свои пять пальцев, капитан!
– Куда ведут арки, выходящие к морю?.. Те, что расположены по обеим сторонам мола...
– Это галереи, капитан, для стока воды после наводнений. Они проходят под всем городом. В разных местах в них есть отверстия. В свое время я обежал их все, с начала до конца...
– Каким образом?!
– Видите ли, капитан, приходилось мне когда-то промышлять контрабандой...
– Ага! Значит, есть возможность пробраться через одну из этих галерей в город?
– Нет ничего легче, если только не расставлено там часовых; впрочем, едва ли. Никому и в голову не придет, что кто-нибудь захочет воспользоваться этим путем...
– А ты бы решился?
– Если сеньору капитану будет угодно, я возьмусь принести сюда бутылку виски из кафе Санта-Анны.