Глава XXII
ВЫРУЧКА
– Простите за грубое обращение, капитан! Надо было торопиться.
То был голос Линкольна.
– Ага, мы в лесу! Значит, все в порядке? – воскликнул я.
– Двое-трое раненых, но все легко. Чэйну проткнули бедро, но он ссадил этого молодца наповал. Дайте-ка я сниму у вас с шеи эту мерзкую штуку. Она вас чуть не задушила, капитан...
И Боб принялся распутывать петлю лассо: грубый ремень сыромятной кожи, длиною метра в два, все еще стягивал мне шею.
– А кто перерезал лассо? – спросил я.
– Да я же и перерезал этой самой вашей зубочисткой. Видите ли, капитан, вешать вас еще рано.
Благодаря охотника за свое спасение, я не мог не улыбнуться.
– А где же гверильясы? – спросил я, оглядываясь: в голове у меня было еще не совсем ясно.
– А вон они, держатся подальше, чтобы их нельзя было достать из майорского ружья. Вы только послушайте, как галдят!
Мексиканцы скакали по лугу взад и вперед, и оружие их сверкало под луной.
– За деревья, друзья! – закричал я, видя, что неприятель опять поставил гаубицу на лафет и собирается стрелять.
Через секунду железный дождь ударил по ветвям. Но солдаты уже успели попрятаться за деревья, и никто не пострадал.
Картечь убила лишь нескольких мулов.
Новый снаряд картечи обдал рощу, но опять безрезультатно.
Я уже собирался отступить глубже в лес и пошел было вперед на разведку, когда взгляд мой задержался на чем-то до крайности странном: то было тело очень крупного человека, лежавшее ничком. Голова его пряталась в корнях толстого дерева, руки напряженно вытягивались по швам, ноги тоже были вытянуты во всю длину. Впечатление было такое, словно человек стоял на вытяжку да так и свалился носом в землю. В этом теле я сразу узнал майора и принял его за убитого.
– Ах, черт возьми! Поглядите, Клейли! – закричал я. – Беднягу Блоссома убили.
– Повесьте меня, если меня убили! – пробурчал Блоссом, словно ящерица, поднимая одну голову и не двигаясь ни одним членом. Клейли прыснул и расхохотался. Майор снова уткнулся лицом в землю: он знал, что каждую минуту можно было ожидать нового выстрела из гаубицы.
– Майор! – закричал Клейли. – У вас правое плечо выдается по меньшей мере на десять сантиметров.
– Знаю, – дрожащим голосом отвечал майор. – Провались это дерево! За ним и белку как следует не спрячешь! – И с этими словами он еще крепче прижался к земле, еще отчаяннее притиснул руки к бокам. Вся его поза была так забавна, что Клейли так и покатился. Но в этот момент мы снова услыхали вопль гверильясов.
– Что там еще? – закричал я, выбегая вперед и оглядывая луг.
– Эти дикие кошки собираются удирать, капитан! – сказал Линкольн, подходя. – Вон они уже поворачивают!
– Совершенно верно. Но в чем дело?
Непонятное возбуждение охватило мексиканцев. Патрули скакали к выступу леса, находившемуся примерно в полумиле, артиллеристы поставили гаубицу на передки и уже запрягали в нее мулов. И вдруг рожок заиграл отбой, и все гверильясы, пришпоривая коней, поскакали к дороге на Меделлин...
Громкий боевой клич донесся до меня с противоположной стороны луга, и, взглянув в том направлении, я увидел длинный фронт всадников, галопом выезжавших из леса. Клинки их сабель сверкали, как лента светляков, и я узнал тяжелый топот американской кавалерии. Радостное –ура_ моих солдат привлекло внимание всадников, и предводитель драгун, видя, что гверильясов все равно не догонишь, повернул всю колонну направо и галопом поскакал к нам.
– Неужели это полковник Роули? – воскликнул я, узнав драгунского офицера.
– Но как же, черт меня побери, – кричал он, – как вы выбрались оттуда? Нам говорили, что вы попались в ловушку! Все ли вы живы?
– У нас двое убитых, – отвечал я.
– Я думал, что вас чуть ли не всех придется хоронить. А, вот и Клейли! С нами ваш приятель Твинг. Он там в тылу.
– А, Клейли, старый друг! – закричал, подъезжая, Твинг. – Ну что, все кости целы? Выпейте-ка глоточек, это вам полезно! Только не выпивайте все, оставьте глотнуть и Галлеру. Ну, как вам нравится?
– Великолепно, клянусь честью! – отвечал Клейли, отрываясь от майорской фляжки.
– А ну, капитан, попробуйте и вы!
– Благодарю вас, – отвечал я, жадно приникая к горлышку.
– А где же старый Блос? Убит? Ранен? Пропал без вести?
– Нет, майор, должно быть, где-нибудь близко и совершенно невредим.
И я послал за майором, который вскоре явился, пыхтя и ругаясь, как целая шайка разбойников.