– Ты чего тут забыл?
– Я? Ничего… – Обмылок немедленно убрал руки по швам, а Чума притворилась спящей.
– Тебе что сказано было? Отнести её в каюту?
– Да. Я отнес. Сижу. Слежу.
– За чем тут следить? Лекарство подействовало, раз она уснула. Все – в твоих услугах тут больше не нуждаются. Иди помоги Бардье – там на шлюпбалке растяжку сорвало. Бегом.
Постанывая от разочарования и обиды Обмылок накинул штормовку и ещё раз оглянувшись потопал на палубу.
…
Там шторм, который изнутри казался не таким уж и страшным, представал во всей красе. Огромные, похожие на крепостные стены волны накатывали одна за одной. «Интернационал» встречал их ударом форштевня, мощным апперкотом разваливая на две части и с уханьем проваливаясь вниз чтобы тут же начать карабкаться на следующую. Сверху на палубу обрушивались тонны воды с шипением сбегая через клюзы и шпигаты. Ветер злобно воя рвал такелаж гудевший как струны огромной арфы.
Из туч, которые висели так низко что корабль, казалось царапал их клотиком непрерывным потоком лился дождь и, время от времени, пушечным выстрелом гремел гром предваряемый вспышкой молнии такой яркости, что её было видно даже сквозь плотную пелену капель и брызг в которой с трудом различались очертания предметов в двух шагах впереди.
На мостике Марио и Федор с благоговением наблюдали за мощью стихии. Федор видел шторм первый раз, и был впечатлен, но не особо напуган, так как слабо представлял опасность. Марио же уже ходил на учебных суда, однако те шторма в которые им доводилось попадать на просторах Старого Моря не шли ни в какое сравнение с буйством Имперского Океана, так что он периодически косился на Капитана. Его вид успокаивал.
Капитан в длинном черном кожаном плаще и фуражке зацепленной на ремешок под подбородком стоял чуть поодаль и всем своим видом демонстрировал что видел шторма и посерьезнее. Помогала ему в этом кружка с кофе которая непостижимым образом сохраняла своё положение в пространстве, несмотря на то что корабль качало будь здоров.
Периодически подливая в неё коньячок из фляжки, Капитан спокойно объяснял тонкости управления кораблём в шторм, которые состояли в основной своей массе из всяких банальностей вроде: «При плавании в штормовых условиях необходимо стремиться к уменьшению ударов ветровых волн по корпусу, заливания и забрызгивания палубы, а также исключению резонансной бортовой и килевой качки.» и «Наиболее опасным является положение судна лагом к волне.», которые понимал любой человек хоть раз плававший хотя бы в рыбацкой лодке. Однако выяснилось, что между «знать и понимать» и на практике удержать нужный курс и скорость когда многотонный корабль подхватывает и крутит как щепку, пролегает огромная пропасть.
А на крыле мостика бесновался Бьернсон. Тот факт, что они немедленно не пошли ко дну, он воспринимал как личный триумф и теперь, радостно принимая грудью порывы ветра, долетавшие брызги и дождь, беседовал с богами. Причём исключительно в непарламентских выражениях и на такой громкости, что время от времени умудрялся переорать рев волн и вой ветра.
Капитан, уставший от этих воплей приказал уступить ему место у штурвала, дал команду заткнуться и принялся вколачивать в него морскую науку. Марио, воспользовавшись этим отошёл и закурил.
– О, сеньоре! Я вам доложу, это незабываемо… Никогда не видел ничего подобного. Причём, заметьте, это ещё не самый сильный шторм которые тут бывают. Сеньоре Капитано говорит, что это даже не шторм вовсе. Мамма-миа – не хотел бы я попасть в то, что по его мнению настоящий шторм.
– Угу… – согласился Федор, который пытался совместить спичку и кончик сигареты, – На ферме такого не увидишь. Будет что рассказать. А то кругом вода да вода.
– Погодите – вот мы дойдем до Островов… Если хотя бы половина из того, что я про них слышал верно, то рассказов вам будет до конца жизни.
– Хорошо бы, а то у моей родни одна история на всех была. Про то как их на ярмарке ограбить пытались, а один схватил палку и ка-ак дал по голове. Причём каждый говорит что он. Пару раз даже подрались из-за этого.
– Ну да… Вам уже сейчас есть чем похвастать перед родственниками. Вы участвовали в перестрелках, даже в небольшом морском сражении, видели несколько стран. Да если так подумать, и я могу удивить многих своих бывших сокурсников. Они то дальше Лоски никогда не плавали не говоря уж о перестрелках. А у нас это все так… Буднично?
Федор согласно кивнул и затушив окурок достал паек. Поскольку обед сорвался, им всем раздали по банке консервов, несколько галет и взятые на Доминисе свежие фрукты. Стульев и кресел на мостике не было, дабы не вводить вахтенных в соблазн, поэтому они поели усевшись прямо на полу.