Поэтому Барабашку не устраивали стандартные рабочие робы и она просто взяла майку капитанского размера и использовала её вместо легкого халатика. Если одеть поверх неё фартук – получалось вполне цивильно. Сзади и с боков виды правда были такие что дух захватывало, но никто не жаловался. Когда Барабашка удалилась, Брава восхищенно протянул «Ола-ла…» и ткнул Физеля, который застыл как статуя в музее, локтем под ребра.
– Заказывал голых блудниц?
– Не гневи Его без нужды… – буркнул Посвященный и подняв глаза вверх страдальчески поинтересовался, – Творец наш Всемогущий! Прости меня недостойного за дерзость сию, но по моему ты уже выебываешься…
– Вы, кстати, говорили что голыми блудницами только клир искушают…
Брава орудуя ложкой нагрузил себе полную тарелку каши и украсил все это сверху короной из гуляша, потом посмотрел на дверь за которой скрылась Барабашка и причмокнул.
– Не знаю как остальные, а я искушен. Это означает что я клир?
– Это означает, что ты долбоёб, – пояснил за Физеля Слободан, – Тебе чего сказали? «Рожу разшибут!». Тем более что, судя по размеру, эти сиськи не в матросской койке паркуются.
– В офицерской… Это Старпома самка… – раздался сзади вкрадчивый мурлыкающий голос.
– Епт… – Слободан от неожиданности чуть не навернулся на пол, – Кто здесь!?
Повернувшись он увидел Ура который, пока они были заняты раскладыванием еды, просочился внутрь и уютно развалился на диване.
– Изыди! – взметнулся Физель, но Тролль с Бравой зажали его плечами и усадили на место.
– А… Ты тот самый шаман который нелюдей не любит?
– Посвященный!
– А разница?
– Шаманы у дикарей!
– При Боцмане это не ляпни. Он как раз из этих… Хотя цивилизованнее тебя будет.
– Ты охуело, отродье Безликого, так со мной разговаривать!?
– Чье я отродье мне прекрасно известно – своих родителей я знаю. А будешь на меня шуме-у-эть… – Ур зевнул, демонстрируя тонкие острые клыки, – Я тебе лицо обглодаю…
– Отродье Безликого? – появившаяся в дверях Лисса поправила очки, – Вы хотите сказать, что нелюдей сотворил он?
Пройдя к дивану она села и принялась чесать Ура насмешливо глядя на Посвящённого. Тот, красный от негодования, попытался снова вскочить, но ему не дали.
– Да! Да, сосуд греха ехидный! Эти блядские твари – дело рук Безликого!
– Ну тогда вы, Посвященный, еретик!
– Я еретик!!?
– Именно… На Кастрском соборе 86 лета основания было постановлено что у Безликого отсутствует сила творения, и любые утверждения о том что тот может что-то создать являются ложными и еретическими. Так что если вы заявляете что Безликий создал нелюдей – вы еретик. С чем вас и поздравляю…
– Умэ-эм-эээ… – выдал Физель сдуваясь словно проткнутое колесо.
– Представляю, как вам сейчас неудобно… Это от того, что вы книжку читаете все время одну и ту же, а надо разные…
– Баба неразумная…
– Breite Stirn, wenig Hirn. То что у вас большая кастрюля на плечах не мешает ей быть пустой. – ухмыльнулась Лисса, – Но если вы хотите чтобы Я ещё что-то рассказала ВАМ о тонкостях ВАШЕЙ религии, то я всегда к вашим услугам. Обращайтесь…
– Вот поэтому и нельзя бабам образования, – буркнул Посвященный, но шёпотом, чтобы Лисса не услышала, – Они от него портятся… А ты чего ржешь, язычник?
Тролль, которому адресовалась последняя фраза, ещё раз довольно хмыкнул и показав Посвященному жест означавший «тебя поимели» принялся накладывать себе добавки. Слободан, мрачно слушавший всю эту пикировку, огляделся и встретился взглядом с Джемингом который сидел с умиротворенным видом и лёгкой полуулыбкой на лице.
– А ты чё такой довольный?
– Чистый корабль, вкусная еда, образованная публика – мне тут начинает нравится, сяньшен… Мы познаем сравнивая. В сравнении с «Илмаре» тут просто дворец. Возможно даже моют отхожие места.
– Тебе немного для счастья надо, да?
– Мудрый умеет радоваться малому. Я с вашего позволения, сяньшен, отлучусь. Проверю свои предположения.
Встав, и с лёгким полупоклоном вернув на камбуз посуду Джеминг подошёл к библиотечному шкафчику, просмотрел название на корешках и взяв одну из книг сунул её подмышку и вышел на палубу.
….
«Интернационал» все ещё лежал в дрейфе. Механики бегали туда-сюда готовя операцию по извлечению ценного и полезного из «Илмаре».