А потом грянула война. Пятый Королевский попал в мясорубку затяжных боев. Вы помогали в госпитале раненым и увечным, отсюда и знание медицинских манипуляций, исповедовали умирающих и отпевали мертвых. Морально это тяжело, и вы начали пить. Война закончилась, а пагубная привычка осталась и со временем начала только усугубляться, руша вашу жизнь. Со временем бутылка стала вашим единственным другом.
Большим пальцем Старпом провёл по внешней стороне кисти Физеля.
– Костяшки не сбиты как у бойца, но сломан нос и уши. Вы пили, хамили и вас били. Священник, регулярно щеголяющий разбитой рожей, раздражает руководство. Вас задвинули в самый глухой приход, но вы и там умудрились отличится, хотя, должен сказать, терпели они долго. Заслуги семьи? Ваши? Уже не важно. Вас решили убрать с глаз долой. В Острова. От вас отвернулись все. И вы это понимаете. Семья скинула вас церкви. Церковь задвинула вас в жопу мира. Друзья устали терпеть ваши выходки, а окружающие потеряли к вам всякое почтение.
Но знаете что? Пратт рассказал как вы заступились за него перед Слободаном. То есть в трудной ситуации вы способны собрать волю в кулак и вести себя достойно. Но как только угроза миновала, вы снова превратились в хамоватого дебошира из дешёвого кабака. Вот как-то так. Я ничего не забыл?
Старпом выпустил Физеля из захвата. Тот повернулся к нему хотел что-то сказать, но передумал и молча усевшись на лавку отвернулся к иллюминатору.
– Ну вы тут ещё разрыдайтесь как обиженная девочка. Я знал людей, которые хлебнули горя столько, сколько вам и не снилось. Но они нашли в себе силы остаться людьми. Подумайте лучше об этом а то, чувствую, вы снова приготовились проклинать жестокий мир. Размазня слабовольная…
Старпом с презрительной ухмылкой вышел. Джеминг переглянулся с Дядей Ши потом посмотрел на Физеля по лицу которого и правда катились слезы.
– «Господин..?»
– «Да – он умеет видеть людей. Я хочу знать о нем побольше.»
Отодвинув чашку Джеминг встал и принялся будить Пратта.
…
Тем временем Брава во всю пытался наладить контакты с механиками. В своём стиле.
– Табачный паек выдают, да ещё и сигаретами! – он помахал в воздухе пачкой, – Я не то чтобы много где послужить успел но, судя по рассказам, это прям люкс! Обычно либо свои, либо рассыпуха с ветками… И кормят отменно!
– Вах! Рассказываышь! – согласился перекуривающий Багир к которому Брава подсел поболтать, – Ми тут тэбе нэ там! У нас всэ па уму. Сыгареты выдают. Кормят свэжым. Халадылнык выдел? Во!
– Холодильник? У вас на борту холодильник есть?
– Да! Ми иго укралы!
– А девки в команде? Нигде такого не видел!
– Тоже укралы. Каторый с большой груд – таварыщ старшый памошнык украл. Каторый у нас в мэханиках – старшый мэханик у жених украл. Та што в ачках – не кралы. Она пассажиром эдет. А тощая сама завэлась. Как миша. Который крысин брат. Ми её накармили, тэперь с нами живэт.
– А вы как сюда устроились?
– Вах! Што значыт «устроилысь»? Прыгласыли! Таварищ капытан лично прыгласил! Говорыт пайдем к нам в каманду, пайдем, уважаемый, без тебя никак! А я эще думал!
– О! Так у вас, наверное квалификация ого-го? – уважительно покосился на него Брава.
Багир не совсем понял какую конкретно квалификацию тот имеет ввиду и уместно ли говорить что она у него даже в ледяной воде сантиметров двадцать, но тут Амяз позвал их на совещание.
– Я се осмотрел – пудем снимат. Вспомогательный силовой установка снимат, генератор снимат, электродвигател где найдём – совсем-воопше все снимат. Раковина-сантехника – тоше.
– Вай – нэ надо сантэхнык! Там всэ грязный, противный, фу!
– Не хвилюйтеся, пане. Вони вже отмокла. Ми их з брандспойта напором обмоемо и всего проблем!
– Я могу этим заняться, – радостно предложил Брава.
– Вы лушше нам с генератор помогите.
– Да я, честно сказать там не помощник. Я вообще в технике так… Соврал чтобы на борт взяли. Меня весь рейс по рукам били и говорили: «Ничего, блять не трогай.»
– Нэ дарагой! Этым нэ ты займэшься. Там гайки савэм заржавэллы – толька зубилом рубать на эта у нас спэциалыст эсть!
Багир махнул Бьернсону который в компании Тролля раскладывал канаты для просушки.
– Э!!! Сюда хады уважаэмый! Дэло эсть – всэ как ты любыш! Рубать!
Бьернсон заинтересованно вскинул голову. В процессе стажировки у механиков выяснилось что он дивно орудует зубилом и это дело ему нравится. Вся остальная кропотливая работа вызывала у него скуку, а вот рубить сталь…