– Курва… Було б набагато удобнийше.
Михай пожал плечами и вернулся к упражнениям. Из жилого кубрика высунулась Чума которая прибиралась после пленных.
– Я фсе! Убралась… Можна мну атдахнуть?
– Иди… – Капитан покосился на её красные от слез глаза, но ничего не сказал.
Чума спустилась вниз, разделась и потопала в душ. Через минуту следом за ней зашла Лисса.
– Ты что- плакала?
– Нимнога… Этат казел ф ателе, а мну нифзял… А гаварил: «Мы бигом! На минутачку!»
– Я вообще не знаю зачем ты с ним связалась.
– Ну мы вроди как адинакавые…
– И что?
– Ну ты тожы ишишь такога-же. Умнаго.
– У меня просто аллергия на тупость. Это чисто медицинское. А тебе советую не зацикливаться на этом Обмылке, тем более если он так к тебе относится. Подумай об этом.
– Я понила…
Чума кивнула и принялась намыливаться. Лисса, довольно улыбаясь вернулась к себе. Барабашка ушла готовить, а банные процедуры у Чумы занимали обычно не менее часа, благо она быстро уяснила что её в этот момент к работе не припашут и пользовалась этим по полной. Открыв старпомовский тайник с алкоголем Лисса выбрала бутылку отличного виски, налила себе бокал и развалившись в кресле принялась с упоением перечитывать поэмы Сафэ.
…
«Йормунганг!» – Бьернсон оглядел остальных. Слободану и Браве было пофиг, но Тролль с ворчанием покачал головой давая понять что это – слишком громкое название для такого суденышка. Вздохнув, Бьернсон поменял ведро – уплотнитель люка тек, поэтому сверху ощутимо капало и принялся думать дальше.
– Совсем-воопше плохо… – сидевший там же Механик наблюдал как Брава отмывал в ведре поршня, – Лушше три. Они долшны быть воопше-совсем шистые.
– Да куда уж чище?
Механик отобрал у него поршень и показал нагар в канавках.
– Оно не отмывается!
– Палошка бери и палошкой три.
– И это ещё небольшой двигатель… – вздохнул помогавший Браве Слободан, – Я даже не представляю как на больших кораблях мучаются. Там же цилиндров дохренищи и все это здоровенное.
– Привышка нушна… Когда с Капитан-аза на «Марибэль» ходил там двигател вообше-совсем старый был. Мы его приноровилис за одну вахту перебират.
– Сильно… – Брава вздохнул, – Может и я когда-нибудь так научусь…
– Наушишся. Тут главное – методишност и аккуратност. Лушше один рас все правилно собрат, шем поленится и потом десят рас расбират-собират.
– «Слейпнир!» – просиял Бьернсон, потом помрачнел, – Не – сам понял что не то…
– А тебе обязательно чтоб боги или чудовища? – поинтересовался Слободан, – Назови «Чайкой» или «Окунем».
– Ещё «Крабом» предложи назвать. Название – это не просто так! Надо чтоб все от одного имени дрожали!
– У нас, извини, пока размеры не те…
– «Ёж»! – предложил Брава, – Я как-то на морского ежа наступил. Вроде тварь мелкая, а больно было… Два месяца хромал.
– Или «Медуза», – согласно кивнул Слободан, – Они тоже жалятся так что мало не покажется.
– Медуза на соплю похожа… – Бьернон скривился, – А вот «Ёж» мне нравится. Коротко и сразу понятно что лучше не трогать. Тебе как?
Тролль, которому адресовался данный вопрос, поразмыслил, согласно кивнул, после чего достал банку консервов и продемонстрировал её остальным давая понять что пора бы и поесть.
– Вот чего мне будет не хватать… – Брава вытер руки и присел к столу, – Так это кормежки. Что-что, а это было шикарно… Кстати – нам надо как-то решить вопрос с продовольствием. И бюджетом.
– Я могу заняться, – предложил Слободан, – У меня отец лавочником был. Я кое-что понимаю.
– А добычу пусть Тролль делит, – предложил Брава, – С ним никто спорить не будет. Это вообще сложно делать когда тебе не отвечают.
– Ты – механиком будешь, – Бьернсон согласно кивнул, – А я – капитаном!
– Матросов у нас только нет.
– Да и хрен с ним. Заведутся сами как нибудь… От сырости!
Бьернсон сам заржал с собственной шутки.
…
Обмылок сидел за карточным столом. Платежеспособные господа, запертые бушующей стихией в отеле, коротали время за игрой в покер. У Обмылка не то что бы был к этому особый талант, но партии по вечерам в кубрике давали о себе знать. Если первые несколько раундов он осторожничал, то потом понял что остальные игроки тут уровня Марио максимум. Марио же, в своё время, проигрался в пух и прах Лиссе которая вообще играть научилась попав на к ним на борт, и его спасло только то что играли на сигареты, а она не курила.