— Грубиян — еле слышно проговорил Аделиан.
— Барышня кисейная — не остался в долгу услышавший его гном.
— Хам.
— Шаркун.
Наблюдавшие эту пикировку троица магов-людей, в тоске закатила глаза.
— Знакомая ситуация? — кивнул на гнома и альва Атей, обращаясь к одному из них.
— Мы эту ситуацию — осуждающе посмотрев на спорщиков, сказал один из мужчин — наблюдаем каждый день на протяжении почти девяти десятков лет. — И увидев в глазах князя удивление, с улыбкой добавил — маги живут очень долго.
Атей понимающе кивнул. И действительно, если уж самая короткоживущая раса Тивалены — люди — жили до двухсот пятидесяти лет, если конечно не умирали от болезней или острой стали, то что говорить о магах. Виолин много говорила о них, настоящих магах прошлого, а эта пятерка, как раз из таких. Сколько лет тому же Мудрейшему, не знали даже его современники, хотя и утверждали, что не менее восьми сотен.
— Аделиан, Годаб — наконец встал один из их коллег, с пронзительно синими глазами, правильными чертами лица, волосами цвета осеннего серого неба и самый старший на вид из магов-людей — хватит уже. Вам шести десятков лет не хватило, чтобы выяснить ваши отношения?
Спорщики моментально замолкли и виновато окинули окружающих взглядами. После чего Аделиан опустился на свое место, а гном все же решил закончить представление самого себя.
— Годаб Твердыня князь — кивнул он — магистр Земли. И тоже упал в свое кресло.
Оставшиеся представились на удивление быстро.
— Бруно Пепел, магистр-универсал — кивнул тот, кто остановил перебранку альва и гнома.
— Пит Непоседа, магистр-универсал — встал еще один человек. Самый молодой на вид. С растрепанными русыми волосами, бегающим любопытным взглядом и суетливыми движениями. Со стороны было хорошо заметно, что этот мужчина прилагает немало усилий, чтобы спокойно усидеть не месте. Будь его воля — он давно бы уже бродил по всему Оплоту.
— Ленард Полог, магистр-универсал — поднялся последний маг. Самый молчаливый и степенный из всей этой пятерки.
И в завершении со своего места поднялся ваиктаирон. То ли князь не видел взрослых представителей этой расы, то ли вставший перед ним мужчина был действительно очень стар. И об этом говорили не выбеленные сединой черные волосы, что были отличительной чертой ваиктаирон. И не морщины в уголках глаз и губ, что отчетливо проглядывались на сером лице. И даже не тело, все еще гибкое и сильное, но уже почувствовавшее груз долгих лет. О прожитых годах говорили серые усталые глаза мужчины, в которых впрочем, горел какой-то живой огонек.
— Это вы меня Айтерианн не видели еще до того, как я выпил вашу кровь — улыбнулся он — меня как сморчком Годаб и не называл больше никак.
— А как еще называть разумного, у которого лицо похоже на печеное яблоко или тот же сморчок — усмехнулся гном — это я про гриб, если кто не понял или подумал о чем-то другом.
В комнате раздался жизнерадостный смех.
— И не удивляйтесь — увидев взметнувшиеся в изумлении брови Атея, сказал он — я не умею читать мысли. Все было написано у вас на лице. Меня зовут Ашраф икт' Парэ — но тут же поправился — просто Ашраф. И до недавнего времени я был хранителем традиций нашей расы.
— Что означает икт' Парэ — спросил Призрак — и почему только до недавнего времени вы хранили традиции?
— икт' Парэ означало принадлежность к одной из семей ваиктаирон. А почему до недавнего времени я хранил традиции? — Ашраф на мгновение задумался — наверное, потому, что я теперь тоже «летучая мышь» Сайшат?
— Уважаемый Ашраф — сказал князь — я и дальше прошу вас хранить традиции ваиктаирон, а также начинать писать новую историю вашей расы. Потомки не должны повторять ошибки своих предков. Ну, или мы хотя бы должны сделать так, чтобы они постарались их избежать.
— Я понял Айтерианн — глаза Ашрафа засияли еще ярче — у разумного, забывшего свое прошлое — нет будущего.
— Именно — кивнул Атей и продолжил — а теперь уважаемые магистры, если вас не затруднит, расскажите кратко, кто вы, почему жили на Пепелище… Хотя — он улыбнулся — давайте я расскажу. А вы меня поправите, или опровергните мои умозаключения. Время действительно очень дорого, а я постараюсь сделать это быстро.
— Это будет любопытно — Годаб погладил косички своих усов, которые все гномы заплетали переходя пятидесятилетний рубеж, и откинулся на спинку стула, не забыв прихватить с низкого столика бокал с вином.