— Ну наконец-то — усмехнувшись, вдруг сказал он, фокусируя свой взгляд на входящих и пытаясь встать и одновременно вытащить меч из ножен, что лежал на столе. Но и то и другое у него получалось очень плохо, если не сказать больше — осталось только подохнуть, как воину. И жизнь прожита не зря.
Встать у него не получилось, как и вытащить меч. Гвардеец откинулся на спинку своего стула и совсем не весло улыбнулся.
— Видать не суждено. Эй вы — крикнул он в сторону Призрака — будьте людьми, убейте быстро и сталью.
— Они что пьяны все? — изумилась Тахере.
— А ты еще не поняла? — удивленно посмотрел на нее Атей — да в зале так вином и перегаром несет, что скоро у самого голова кружиться будет. Это и есть ваш старший? — повернулся он к провожатому.
— Он — кивнул тот — Курт Молодец, наш капрал.
— Ты посиди пока тихонько — кивнул в сторону стола Призрак — и не шали. Все равно бесполезно. Вас сейчас и кучка голопузой ребятни мола бы вырезать.
Перешагивая через спящие тела, князь подошел к капралу.
— Ты так торопишься умереть воин? — присаживаясь рядом, спросил он.
Курт окинул взглядом фигуру Атея и утвердительно сказал.
— Ты не бандит.
— Значит, ты все же не настолько пьян, чтобы наш разговор переносить на более поздний срок — улыбнулся Призрак, обрадованный этим фактом, и стал снимать личину.
— И я даже знаю, кто ты — увидев подходящего к Атею Сая, сказал капрал — князь Сайшат собственной персоной. Видно слухи все же не врут.
Гвардеец облегченно вздохнул и отпустил рукоять меча, которую еще продолжал сжимать в своей ладони.
— Какими судьбами Ваша Светлость? — с ухмылкой произнес Курт. — решили быть первым претендентом на трон умирающего герцогства?
— А герцогство разве еще живет? — не скрывая сарказма, спросил Призрак.
— Ты прав князь — захохотал гвардеец — от него даже пованивать стало.
Собрав силы, он дотянулся до кубка на столе и влил в себя его содержимое.
— Спрашивай Атей Призрак — сказал он, став серьезным — если ты сразу нас всех не перерезал, хотя и мог, значит не такой уж ты и Безжалостный, как некоторые о тебе говорят. И не смотри, что я пьян. Это руки с ногами меня не слушаются, а мозги еще работают.
— Где герцог? — задал вопрос князь.
— Надеюсь, хургам прислуживает в их владениях — зло сплюнул тягучую слюну воин.
— А подробнее?
— Подробнее — собираясь с мыслями, задумчиво проговорил Курт — можно и подробнее. Схлестнувшись последний раз со своим венценосным братом из Верена, где не было победителей, а только проигравшие, герцог с остатками гвардии и свиты вернулся в Резен. Где закрылся в этом замке и принялся опустошать свои винные подвалы. Через несколько десятиц, его Благородные и Высокородные друзья по-тихому прирезали своего сюзерена, решив, что среди них есть более достойные кандидатуры на роль правителя разоренной страны.
— А гвардия где была? — недоуменно спросила Тахере, внимательно слушавшая рассказ Курта. Мысль о предательстве и бездействии гвардии просто не укладывалась у нее в голове.
— А гвардию милая мерита никто на посиделки Высокородных не приглашал, оставляя за нами право только на охрану дворца. И не более. А когда поставили перед фактом, что герцог скончался от какого-то там удара, было уже поздно. Да и не горевал особенно по этому поводу никто. За последнее время наш сюзерен успел растерять последние крохи уважения к себе. Чего стоит казнь полковника, обвиненного в предательстве и дезертирстве. А ведь он был одним из самых преданных его людей. Какой может быть разговор о Чести, если сам герцог этой Чести не имел никогда? С ним и остались-то лишь те, кому идти больше было некуда. Оборванцы одни. Но это теперь не столь уж и важно. Прирезать-то герцога прирезали, только вот выбрать из себя лучшего, Благородные так и не смогли. Каждый считал, что именно он тот единственный, кто сможет поднять страну с колен.
Резня между ними продолжилась. Ну а мы, простые воины, в это просто не вмешивались, решив положиться на волю Богов. Пока Благородные выбирали, кто из них самый достойный, в городе шла своя дележка. Наконец остался тот единственный, кому улыбнулась судьба, но увидев, что творится в столице, он собрал своих соратников и десятицу назад покинул город. Вроде как на север подался в Наракт или Никею, наемников собирать, чтобы потом с их помощью навести порядок в своем, как он считает, герцогстве. Хотя откуда у него деньги? Нищий, словно храмовая мышь.