— Стоять — разносится крик воеводы.
Не успевающие затормозить висельники сами насаживают себя на копья «верных» и не всегда по одному. Первые смертельные крики разносятся над лесом. Дружинники бросают потяжелевшее оружие и всем телом упираются в щиты. Давление на первый ряд со стороны разбойников сначала лавинообразно возрастает, но потом медленно падает и наступает краткое равновесие, сопровождаемое усердным сопением «верных» и отборной бранью висельников.
И снова голос воеводы.
— Шаг!
Нельзя было сказать, что лесные грабители были одни лишь неумехи, способные резать беззащитных из засады. Просто эта была их основная тактика: при минимуме умений — максимальный результат. Навалившаяся на боевой порядок дружинников князя толпа первый их толчок даже выдержала, но вот второго уже не смогла. Сразу несколько из них опрокинулись на спину, давая возможность «верным» расширить эти прорехи, в которые темным потоком хлынули «боевые кулаки» «мышек» и вайрон, устраивая среди разбойников кровавую карусель. Стоявшие сзади лучники сразу прекратили обстрел смешавшихся бойцов и по команде своих командиров разошлись на фланги. Теперь их задачей было не допустить побега ни одного из разбойников и отстреливать самых хитрых и резвых.
Призрак, выплеснувшийся из-за спин «верных» в общей массе, не обращая внимания ни на что, сразу кинулся к столбам, где палач, увидев происходящее, в какой-то отчаянной злобе старался насмерть запороть привязанных жертв. За князем устремилась его неразлучная парочка Катаюн-Палак, по пути снимая подвернувшиеся чужие головы и верный Сай. За их спинами дружинники, избавившись от давления висельников, сломали свой строй, выхватили клинки и стали окружать толпу разбойников вместе с беснующимися в их рядах совершенными убийцами: ваиктаирон и вайрон.
— ЭНТ ТУА МИННУА, САКТА АЙТИРРА. — разноголосьем неслось над разбойничьим поселком.
— ПОЩАДИТЕ — вторили этому сами висельники, падая на колени и прикрывая головы своими ладонями, которые вошедшие в раж воины отрубали вместе с ними.
Сам князь резвился у столбов. Как и всегда бывает, главари и их окружение, всегда остаются за спинами тех, кого посылают на убой. И в этот самый момент они все собрались в первых рядах недавнего зрелища, которое сами и устроили. Здоровенный палач, хлыставший девушек, спиной почувствовав приближающееся возмездие, резко обернулся и получил рукоятью Поющего в лоб, упав к ногам своих жертв. Остальные, сбившись в хлипкое подобие строя, стали пятиться к противоположной стороне поселка, вытолкнув перед собой самих умелых на их взгляд воинов. Пятерку самых-самых Призрак со своими телохранителями прошли, словно впервые взявших мечи новобранцев.
— Покалечить, но не убивать — указал он Защитником на главарей, среди которых оказалось и парочка женщин, и повернулся, чтобы окинуть взглядом поселение висельников.
Бойня уже практически прекратилась. Часть воинов князя ходили среди распростертых тел и добивали последних разбойников. Остальные небольшими организованными группами растеклись по поселку проверять дома, из которых потом периодически доносились предсмертные крики, пытавшихся спрятаться лиходеев. Голос, раздавшийся у него за спиной, заставил Атея стремительно развернуться.
— Катаюн? Это действительно ты?
Пять тел главарей лежали на утоптанной земле в разной степени покалеченности, воя на разные голоса. И лишь одна молодая женщина, в которой он только теперь узнал ваиктаирон, стояла напротив его Каты, сжимая в руках парные клинки.
— Княже, там, у столбов две будущие «мышки» — подбежала к Атею Ейган, но тут же остановилась как вкопанная, увидев перед собой бывшего сородича.
— О! — удивилась неизвестная пока воительница — и Ей здесь. Да снимайте уже свои платки, я пятнадцать лет слышала ваши голоса и не могу ошибиться. А Маниже, случайно не с вами?