Да, иногда до неё доходила информация, что кто-то, например, смог купить титул у какого-то разорившегося барона или получить его за заслуги перед короной.
И она начинала копать в эту сторону, выуживала связи, искала посредников, но каждый раз натыкалась на глухую стену: либо цена была запредельной, либо продавец оказывался мошенником, либо просто нужные люди исчезали, едва она приближалась к цели. Однако, чем дальше она копала, тем быстрее затухала надежда получить желаемое.
Брак? Очень интересная мысль. Она даже пару раз предпринимала попытки, наряжалась, ездила на балы, пыталась очаровать какого-нибудь обедневшего дворянина. Но кто возьмёт в жёны женщину без рода, без состояния, да ещё с такой подозрительной биографией?
Да кому она нужна? Сыновья императоров не женились на бывших беспризорницах, а мелкие помещики сразу чуяли в ней опасную хищницу и предпочитали держаться подальше.
И тут вдруг этот принц. Он появился из ниоткуда, предложил ей то, о чём она мечтала годами, и улыбнулся так, будто это было сущей безделицей. Она понимала, что он, возможно, тоже её использует, но это был шанс. И она не собиралась его упускать.
— Ну уж нет, — прошептала она в пустоту кабинета, сжимая кулаки. — Я своего не упущу! Я пройду по головам, но стану баронессой. Я слишком долго ждала, чтобы теперь отступать.
Ей удалось уснуть лишь когда начало светать, первые серые лучи пробились сквозь шторы и легли на её усталое лицо. Но сон был тревожным, полным кошмаров и бесконечных коридоров, из которых не было выхода.
Только вот её быстро разбудил резкий стук в дверь — это был её заместитель, рослый детина по прозвищу Кабан, который обычно не беспокоил её по пустякам.
— Тебе нужно ехать в поместье графини, — сообщил он, даже не извинившись за вторжение в столь ранний час.
— Что ей нужно? — спросила она спросонья, чувствуя, как голова раскалывается от бессонной ночи.
— Не знаю. Пришло письмо о встрече. Гонец сказал, что срочно. И просили тебя приехать одной.
Как бы ей ни хотелось завалиться обратно в постель и проспать ещё пару часов, но работать надо. Она заставила себя подняться, умыться ледяной водой, переодеться и выехать в поместье, уже по дороге прокручивая в голове возможные сценарии.
***
— Да вы с ума сошли! — чуть ли не хором сказала Ксюха с Аркадием, когда я вкратце обрисовал им свой план.
Их лица вытянулись, глаза полезли на лоб, а у старого управляющего даже задрожали руки, словно он увидел призрака. Лёха, стоящий в углу, пытался видимо не заржать, потому что его лицо неестественно дёргалось, а губы кривились в странной гримасе, больше похожей на предсмертные судороги, чем на улыбку. Он явно считал ситуацию забавной, и я его понимал.
Но вообще-то всё лежало на поверхности, если хорошенько подумать. Ксюха отписала свои земли в качестве погашения долга. Так ей подсунули бумаги, и она, ещё не отошедшая от гибели родителей, машинально поставила подпись. Однако при этом она юридически оставалась их хозяйкой, потому что переоформление не было проведено через земельную палату.
Только вот эти графы — Белкин, Федотов и Орехов — могли в любой момент прийти в земельную палату и переоформить земли на себя. Один росчерк пера, пара подписей, и всё — ты уже не хозяйка, а нищая попрошайка, и сделать ничего не сможешь.
Нет, Ксюха, конечно, могла продать эти земли мне, например, или ещё кому-нибудь, а тот бы уже их оформил и считался законным владельцем.
Но тут вступали в силу два жирных «но», которые делали этот путь практически неприемлемым.
Во-первых, Ксению бы признали мошенницей. Ведь она уже их как бы продала. И вероятнее всего, её ждала бы казнь, тюрьма или ссылка в самые дальние уголки империи, где даже волки боялись появляться.
Во-вторых, этот «кто-то» ещё должен был чисто физически завладеть этой землёй, то есть прийти, выгнать оттуда людей графа и удержать территорию. А это уже война. А так жирно нарисоваться я здесь не мог. Потом не сотрёшь.
Потому что законы-то здесь работали. Если ты не можешь защитить свои земли — тут уж извини, твоя проблема. В этом мире право собственности подтверждалось не столько бумажками, сколько мечами и стрелами. Собственно, поэтому они и не торопились с оформлением. Договор она подписала, оформить можно в любой момент, а силёнок прийти и сказать «пошли прочь с моей земли» просто не хватит. Они прекрасно это понимали.
Но был один нюанс, который я выудил у того самого стряпчего Никифорова во время нашей хитроумной беседы.