У меня вот, кстати, интересный вопрос, который почему-то не возник раньше: Шимохины вроде тоже графы, не хуже этих. А что у них родового замка нет? Я мельком вспомнил поместье Ксюхи. Усадьба как усадьба, но не крепость.
Или они были слишком бедны, или их предки не любили строить укрепления, предпочитая жить в мире с соседями. Надо бы задать этот вопрос Аркадию, а то как-то несерьёзно получается. Графы без замка, как рыцари без мечей. Но сейчас было не до исторических изысканий.
Я блуждал какое-то время по тёмным коридорам, освещаемым лишь редкими факелами, пока не наткнулся на какую-то комнату для слуг. Точнее, для одного слуги — она была крошечной, всего лишь с одной койкой, на которой лежала тощая подушка и сбитое одеяло.
В углу стоял сундук, и я, открыв его, обнаружил несколько комплектов сменной одежды — простой, серой, больше похожей на форму, чем на личные вещи. В принципе, народу сейчас мало, в большинстве своём все уже спят, и я не думал, что кто-то обратит внимание на новое лицо, особенно если оно будет в правильной униформе. Переоделся быстро, сунул свою одежду в мешок и вышел в коридор, стараясь двигаться уверенно, как будто, так и надо.
И пошёл дальше бродить, не стесняясь заглядывать в двери и прислушиваться к звукам. Но не успел я сделать и десятка шагов, как из бокового прохода вынырнул стражник — усатый, сонный мужик с алебардой в руках, которая явно была для него скорее опорой, чем оружием.
— Ты куда это? — спросил он, хмуро глядя на меня и прищуриваясь, словно пытался разглядеть мою физиономию в тусклом свете.
— Управляющий прибраться послал, в кабинете графа, — ответил я первое, что пришло в голову, стараясь говорить с лёгкой ленцой, чтобы не вызвать подозрений. — Говорит, там какой-то бардак, надо навести порядок.
— Так вроде уже прибирались, — возразил он, и в его голосе послышалось сомнение.
— Понятия не имею, — пожал я плечами с самым простодушным видом. — Мне сказали — я пошёл.
— А… — протянул он, потеряв ко мне интерес и зевнув во весь рот. — Ну, давай, давай. Только поторапливайся.
— А кабинет-то где? — спросил я его, делая вид, что заблудился.
— Ты что, не знаешь? — удивился он, но, видимо, решил, что новичок есть новичок. — Вон та дверь, — он махнул рукой в конец коридора, где красовалась массивная дубовая дверь с резным гербом.
Я поблагодарил его и зашёл в кабинет. Вроде как чисто, аккуратно — всё стояло на своих местах, пахло маслом для мебели и сухими чернилами. На столе лежала стопка бумаг, перья в чернильнице, пара подсвечников.
На всякий случай я взял из горшка с каким-то раскидистым фикусом земли и небрежно накидал её на полу, создавая видимость неряшливости, которую надо убрать. Сам же стал обследовать помещение: проверил ящики, пошарил за картинами, осмотрел каждый угол. Бумаг на столе было не очень много — в основном какие-то хозяйственные отчёты и списки. Я начал просматривать их, но ничего интересного не нашёл.
Только вот этот стражник, который стоял в коридоре и, судя по всему, решил проследить за мной, меня немного смущал. Он то и дело прохаживался мимо двери, и я слышал его тяжёлые шаги.
Я решил сымитировать бурную деятельность, чтобы отвязаться от него. Вышел в коридор с озабоченным видом, вытирая руки о ветошь, которую нашёл за пазухой.
— Убрался? — спросил тот, глядя на меня с подозрением.
— Да где там! — ответил я, разводя руками. — Свинарник развели. Кто-то явно недавно ходил в грязных сапогах, всё перетоптал. Придётся заново мыть.
— Да не может быть! — воскликнул он, явно обидевшись за чистоту в хозяйском кабинете. — Пойдём-ка глянем, что ты там навыдумывал.
Мы зашли в кабинет, и он увидел разбросанную мной землю, которая теперь украшала пол живописными кучками. У него аж глаза на лоб полезли.
— Ох ты ж! — обалдел он, тряся кулаком. — Бегом всё отмывай!
— Понятное дело, — ответил я ему с самым покорным видом, опустив голову. — Сейчас пойду возьму всё, что надо.
— Не надо никуда ходить, — возразил он, схватив меня за рукав. — Пошли, тут всё есть, в подсобке.
Он отвел меня в какую-то комнату, похожую на чулан — тесную, пыльную, с полками, заставленными банками и бутылками. Там стояли вёдра, тазики, стопка тряпок и большая кадка с водой — видимо, для экстренной уборки.
— Вот! — показал он мне это всё, как будто здесь была не подсобка, а сокровищница, набитая золотом. — Набирай воды, бери тряпку и — вперёд! И чтобы я больше не видел этого бардака!
— Другое дело, — сказал я, закатывая рукава. — Так я быстренько управлюсь, не переживайте.