— Будем надеяться, — вздохнул я. — Но ты всё равно приглядывай. Я ей доверяю ровно настолько, насколько могу её контролировать.
— Сделаем, — кивнул Лёха.
— Новости есть? — спросил я, хотя уже знал, что ничего нового не появилось.
— Пока всё по-старому, — развёл он руками.
Мы сидели в кабинете уже вчетвером: я, Лёха, Ксюха и её управляющий Аркадий. За окном темнело, на столе горела свеча, и в её дрожащем свете лица выглядели напряжёнными.
— Вопрос с Владимировым решён, — сказал я, подводя итог. — Денег ему отдали, все претензии сняты.
— Какие замечательные новости! — радостно воскликнул Аркадий, потирая руки. — Теперь хоть, с одной стороны, спокойно.
Честно говоря, мужик был очень рад. Я заметил, что к своей хозяйке он относился по-отечески, и любая победа на этом фронте была для него как бальзам на душу.
— А что по остальным? — спросила Ксения, и в её глазах зажглась надежда. — Может быть, там тоже удастся решить дело деньгами? Ведь тех денег, что мы нашли на счетах, хватит, чтобы выкупить остальные земли. Мы просто заплатим им то, что они просят, и всё.
— Там не всё так просто, — покачал я головой. — С Владимировым было честно, а с остальными — нет.
— Но ведь они забрали деньги за долги, — возразила Ксюха. — Значит, просто вернём деньги, и они отдадут земли. В чём проблема?
— Это вопрос очень спорный, — сказал я, стараясь подобрать слова помягче, но так, чтобы она поняла всю серьёзность. — Есть высокая вероятность, что никаких долгов там не было. Совсем. Федотову вы скорее всего ничего не были должны, просто он вовремя подсуетился. Что же касается Белкиных, возможно, там и был какой-то небольшой долг, но не такой, чтобы отдавать половину имения.
— Не может быть, — растерянно сказала Ксения, и её голос дрогнул. — Моя подруга Клавдия не могла бы так со мной поступить. Мы же вместе выросли, она всегда была такой доброй…
— Ну, она могла быть не в курсе происходящего, — не стал я расстраивать её окончательно, хотя сам в это не верил. — Тут всё может быть.
Все молчали, переваривая услышанное. Тишина в кабинете стала тягучей, как патока, и только свеча потрескивала, нарушая эту гнетущую атмосферу.
— Но самый большой вопрос — с Ореховым, — продолжил я, когда пауза затянулась. — С ним ничего не понятно. То ли он забрал земли просто по праву силы, то ли долг действительно какой-то был.
— Что делать? — спросила Ксения, и в её голосе звучала такая отчаянная мольба, что я почувствовал себя обязанным найти решение.
Я призадумался, потирая переносицу. Итак, что мы имеем. Если мы сейчас, например, поедем в гости к этим всем по очереди с вежливыми переговорами и попытаемся вернуть земли мирным путём, есть вероятность, что они просто испугаются и оформят всё как положено, чтобы не связываться. И потом будет поздно дёргаться.
Если же мы решим эти проблемы силовым методом — нападём на поместья, отобьём земли, — то здесь нас просто задавят числом. Потому что они обратятся куда следует, и сюда пришлют каких-нибудь гвардейцев, которые начнут задавать неудобные вопросы.
И всё закончится непонятно чем. Для Ксюхи точно плачевно. А мне нельзя пока особо тут светиться, у меня и так репутация сорвиголовы, и лишний скандал ни к чему.
Я устало развалился в кресле, чувствуя, как голова идёт кругом. В голове мыслей не было — только пустота и тягучая усталость. Мой взгляд просто блуждал по комнате, скользя по старым гобеленам, потёртому ковру и книжным шкафам, и почему-то остановился на портрете отца Ксюхи, висевшем над камином. Мужчина с умными, проницательными глазами смотрел на меня с холста, и в его взгляде мне почудилась какая-то тайна.
И тут вдруг всё сложилось.
Как будто озарение пришло.
Ну конечно! Это ведь самый беспроигрышный вариант, хотя и не самый простой.
Глава 3
Елена сидела в своём кабинете и не совсем понимала происходящее. Тусклый свет масляной лампы выхватывал из полумрака знакомые до боли предметы: потёртое кожаное кресло, стопки донесений на столе, кинжал в ножнах, висящий на спинке стула.
Вокруг стояла привычная тишина, которую нарушал лишь мерный стук дождевых капель за окном, но внутри у неё бушевал настоящий ураган. После того как она вернулась со встречи с этим странным принцем, который представился как Александр, мысли в голове путались, как клубки змей.
Она перебирала в памяти каждое слово, каждый жест, каждую интонацию, пытаясь уловить подвох, но его не было. Этот парень смотрел на неё так, будто знал о ней всё, даже то, что она прятала глубже всех секретов.