Я уж было собирался последовать за своим отрядом, когда яркая вспышка сначала ослепила меня, а потом взрывная волна легко подбросила вверх и со всей дури припечатала к стенке ущелья. Последнее, что я помнил, моментальный отказ всех приборов моего индивидуального защитного костюма....
Приходил в себя я очень долго, как показалось мне, и с весьма болезненными ощущениями. Индивидуальная аптечка работала на всю мощность, но облегчения не наступало. Откуда-то издалека раздался голос Кхора, хотя как он мог говорить со мной издалека, если мы общаемся с помощью мнемосвязи, а для неё расстояний не существует....
- Охотник, ты слышишь меня? Приходи скорее в себя и убирайся отсюда, я как смогу - помогу.
- Кхор, что случилось? Я ничего не вижу, у меня что, повреждены приборы видения?
- У тебя, кроме глаз, нет больше никаких приборов, а твой шлем полностью разрушен. А произошло самое страшное, что можно было только вообразить, - маги акапульки взорвали бомбу с антиматерией и сейчас она постепенно начинает всё поглощать вокруг себя. Отряд погиб почти полностью, уцелели только Ветерок и один из ифритов. Тебя спасло второе усиленное силовое поле, которое не дало завалить твоё тело камнями и плитами, после взрыва. Это постарался один из твоих охранников, он успел прицепить тебе свой генератор и активировать его, а сам погиб.
- И что, действительно никто не уцелел? Такого быть не может. Помоги мне встать, я хочу сам взглянуть....
- На что взглянуть, охотник? На месте лабораторий огромный провал, в котором булькает лава и растёт поле антиматерии. Это хорошо ещё, что Акапулька так и не разгадала секрет паутины или сети, а использовала самый примитивный способ - мину или бомбу. Давай вставай, нам надо выбираться отсюда на поверхность, благо выход недалеко от нас.
После этого начался долгий и трудный путь наверх. Моё тело слушалось меня очень неохотно, а каждое движение вызывало боль и судорогу. Транквилизаторы и обезболивающие не помогали, а может быть и кончились, так что я ковылял под молчаливое сопение Кхора и свою нецензурную брань. Остановившись для очередного короткого отдыха, я поинтересовался о судьбе Трофея. Призрачный волк нехотя ответил, что Трофей был в первых рядах атакующих и погиб без мучений, мгновенно.
- Эх, жаль гравитрон не работает, - посетовал я завистливо, - а то бы сейчас в один миг оказались на поверхности. А кстати, кхор, где мы находимся?
- Я полагаю, что где-то в верхнем мире. Я поднимался на поверхность пару раз, когда ты терял сознание и отдыха.
- Я терял сознание?
- Да, и не один раз. Если тебя это успокоит, то ненадолго и быстро приходил в себя....
На поверхность мы выбрались только на вторые сутки и только тогда я вспомнил об уцелевших ифрите и демоне воздуха, - А где Ветерок и огненный демон, почему их нет с нами?
- Они остались там внизу, в надежде найти ещё кого-нибудь под завалами, это они так сказали, но я склонен думать, что их силы на пределе и путь наверх они просто-напросто не выдержали бы. Надеюсь, немного восстановятся и догонят нас, хотя оба пострадали очень сильно. Но демоны на то они и демоны, что бы быстро регенерировать. Ты лучше попробуй связаться с кем - либо через коммуникатор, вдруг кто услышит твой шёпот и прибудет к нам на помощь, а я попробую выйти через мнемосвязь на Юлию. В отличие от Авроры она слышала меня, и мы могли переговариваться.
Коммуникатор молчал во всех диапазонах и даже не шипел. Как я предположил, во время взрыва антиматерии произошла его полная разрядка, а так как он подзаряжался за счёт моих внутренних сил и резервов, то когда сможет накопить достаточно энергии полностью зависело от моего состояния, а оно оставляло желать лучшего.
Спалось на свежем воздухе значительно лучше, чем в подземелье и утром я почувствовал себя уже не так плохо. Зрение постепенно возвращалось ко мне, но в глазах по-прежнему мелькали какие-то точки. Моя голова покоилась на мягком и теплом боку волка, и только сейчас я понял, почему Муха предпочитала использовать его как подушку при первой же возможности.
- Кхор, как думаешь, когда прекратиться мельтешение в глазах, и я смогу видеть нормально?
- А что ты видишь?
- Какие-то точки, особенно когда смотрю вдаль на небо.