Фрея стояла на лестнице и целилась в меня из лука. Одежды на ней до пояса не было вовсе никакой, даже лохмотьев.
— Грудь целится не мешает? — Что? — непонимающе спросила она. — Я говорю, сиськи целиться в меня не мешают? Тут только горячка боя отпустила её и она обнаружила, что целится в меня и мгновенно опустила лук. Потом она сообразила, что стоит передо мной по пояс голая, покраснела и вновь подняла руки, правда, уже не прицеливаясь, а стараясь прикрыться. А я смотрел на неё и думал: — Славная девчушка, немного бестолковая, взбалмошная и неприученная к дисциплине, а так — славная. На полу ничего не было, ни обрывков одежды, ни остатков доспехов. Я неспешно направился к лестнице.
— И что? Запасная рубаха хотя бы есть? Она отрицательно замотала головой, закусывая нижнюю губу, что бы не расплакаться. — Значит будешь ходить так? А что, так даже здорово. Нечисть будет засматриваться на твои прелести, а тут мы её раз, — и по её бестолковке. Мне пришлось немного повозиться, прежде чем я снял с себя доспехи. Снимая свою рубаху, я ворчал: — Что за жизнь пошла. Вместо того, что бы обдирать непомерными податями своих подданных, я вынужден отдавать им последнюю рубаху. И доспехи, падлюка, как будто из ледника только что достали — холодные.
Рубашка не первой свежести, но извини, другой нет. А может быть не будешь одевать? Уж больно груди у тебя красивые, — и я не удержался, и провел по ним рукой. Фрея даже не шелохнулась, а потом буквально выдернула у меня рубаху из рук и торопливо натянула её на себя. Я не удержался от улыбки, рубаха явно была ей великовата. Пришлось кинжалом обрезать немного рукава и подол. При этом, проделывая эти манипуляции, я нет, нет но и поглядывал в ворот рубашки: — Да, вырез тоже надо как то уменьшить, а то, что есть рубаха, что её нет, одинаково. Все видно. Хотя, — я повертел в руках отрезанный подол, — если это как то закрепить на шее под воротом, то можно все закрыть. Но девушка поступила по-своему. Она оставшуюся ткань одела как шарф на шею, его концы спрятала под вырез, а сам вырез закрепила одной из шпилек, что вытащила из своих волос.
Получилось совсем недурно, и я бы даже сказал, симпатично.
Одним из обрезков рукава она вытерла мне щеку: — Вам тоже досталось милорд. К счастью это просто царапина, а вот на доспехах борозды глубокие, — и она провела руками по моим щекам.
— Нам пора наверх, — тихо сказал я, — надо помочь ребятам. Вперед не лезь, на тебе нет доспехов, теперь твоим основным оружием станет лук, понятно? Она кивнула головой: — Ох и страха я там внизу натерпелась, особенно когда эти многорукие гады куда то пытались меня утащить. — У них шесть рук, вернее лап, — поправил я её. — Ты как, пришла в себя? — Да, я уже в норме. Милорд, вы только ребятам не говорите, что я испугалась. — А я не видел, что бы ты испугалась, ты умело отвлекала на себя внимание и позволила мне определить слабые стороны этих стражей. Только благодаря тебе я смог пробиться к этому источнику силы, что теперь лежит в моей сумке. Выше нос, Фрея, ты же разведчик, к тому же говорят что лучший. Врут наверное? Фрея тут же ощетинилась: — И ничего не врут….
11
— Борк, я пропустил что-нибудь интересное? — Да милорд. Последняя атака нечисти — это было нечто ужасное. Нас на ногах осталось всего четверо, считая вас и Фрею. Почти все ранены, но к счастью не очень серьезные. Кстати, как она?
— Приходит в себя. Смелая девушка, но бестолковая, хотя женские поступки логике и объяснению зачастую не поддаются. А что было в этой атакой особенного?
— На нас напали твари, которые или имели по несколько жизней, или были крайне живучими. А ещё за их спинами я видел неопрятного старика и некую особу, весьма внешне похожую на леди Василису. Они то и руководили нападением, а потом, когда белый свет распространился и по нашему залу, куда — то все исчезли. А что это был за белый свет?
— Понятия не имею, но его мощь поразительна. Он буквально выжигает мрак и этот серый мир, а вскоре он, наверное, прожжет сквозную дыру и устремиться в небо…. Вы можете все немного передохнуть, я покараулю.
— Это весьма кстати милорд, а то, честно говоря, ноги уже не держат, да и ребят надо перевязать. А вас, если не затруднит, посмотрите, целые стрелы остались? А то эти твари стали их просто на просто ломать, и возьмите на всякий случай мой серебряный меч. Я посмотрел на толстый слой пепла на полу и на мгновение представил, это сколько же надо было положить тварей, что бы образовался такой слой.