– А это, как я понимаю, будущая Странница, правильно? – Приблизившись впритык, она склонилась над Верой, рассматривая земную гостью с почти детским любопытством. – Миленькая. Похожа на своего дедушку, когда тот был ее возраста: те же рыжие волосы и глаза, что болотца.
– Б-благодарю. – Слова давались Вере с трудом; она моргнула, и лицо главы раздвоилось, так что теперь на нее смотрели две абсолютно одинаковые смуглые девушки. – Прошу прощения, что не могу встретить Вас как подобает, побеседовать за обедом и все такое.
«Прозвучало так, словно ее визит обременителен и неуместен».
Глава, не смутившись, кивнула.
– Да ничего! Абиго – хороший мальчик и всегда поступает правильно. Вы такая хилая не из-за того, что плохо спали, а потому что эликсир подействовал. Обыкновенный человек, выпив его, чувствует сначала резкий выброс адреналина, а затем – сонливость и усталость, но вот мощный чернокнижник, нечисть или тень-двойник, сотканная из темной материи – терзаются в агонии.
– Я же говорила, что никто меня не подменил, – пробормотала Вера, забыв скрыть свое недовольство. – Выходит, это и была та самая проверка достоверности, о которой мне говорили за завтраком?
– Нет, – покачала головою смуглая девушка. – К сожалению, существуют умело маскирующиеся подселенцы, способные подсоединяться к астральному плану, не проникая внутрь тела, а еще проклятия, которые проявляются не сразу. Таким эликсир был бы абсолютно не страшен.
«Кошмар какой, – подумалось Вере. – А что если тот загадочный незнакомец и впрямь прикрепил ко мне магический жучок, дабы подслушивать происходящее в поместье? Брр, даже представлять не хочется».
Так как перед лицом главы, судя по всему, предполагалось стоять по струночке, ребята в униформе запоздало принялись тянуть Веру наверх, держа за локти. Та едва встала, пошатываясь, будто пьяная; если прежде эликсир дарил девушке обострение всех органов чувств и предельную концентрацию, то теперь эффект был прямо противоположным: чем дольше она смотрела на смуглую красавицу, на Абиго, на этот сад, где теперь снова бродили приветливые ветерки, тем меньше понимала, а что вообще здесь происходит и зачем она проводит время с этими странными людьми.
«В кровать бы, – подумала она мечтательно, – и поскорее».
А потом – во второй раз за последние два дня! – просто взяла и отрубилась, безвольным мешком осев в руках перешептывающихся слуг.
4.
Ей снился сон: черная тень, своими очертаниями отдаленно напоминающая худощавого мужчину, билась в беззвучной агонии на каменном полу. Вокруг поднимались столпы пламени, вдалеке дымился деревянный алтарь, укрытый подпаленным тряпьем; сквозь розоватые витражи, издающие бледное магическое сияние, виднелось звездное небо, усыпанное звездами.
Вера стояла среди всего этого хаоса, прижимая к груди жалкие остатки своего белоснежного платья, готового вот-вот рассыпаться у ее ног на маленькие клочки; подолы слабо дымились, потрескивал пол под босыми ногами, однако девушка не ощущала ни жара, ни страха – только недоумение, которое с каждой секундой становилось все сильнее и сильнее.
Тень изогнулась на полу и жалостно протянула к девушке тонкие руки.
– Умоляю, помогите мне! – зашептал ветер, запело эхо, зазвенела ритуальная посуда на алтаре. – Он держал меня здесь насильно и обращался, будто с рабом!
Девушка заскрежетала зубами, удивленная собственному гневу: он появился из ниоткуда и вмиг заполнил собою все ее естество, не оставляя места ни пониманию, ни милосердию.
– Зло должно быть уничтожено, – проговорила она каким-то не своим голосом, и огонь, идущий изнутри, наконец победил: ткань тлеющего платья снова загорелась, вспышка света явила взору просторную залу, пребывающую в запустении и разрухе, а тень заплакала и заметалась еще сильнее. – Наши крылья простираются дальше, чем ты можешь себе вообразить.
– Я буду служить Вам верой и правдой, обещаю! Пожалуйста, умоляю, заклинаю – пощадите, вытащите меня отсюда!
Тонкие руки потянулись к ее босым стопам через пыльный пол, но девушка сделала шаг назад. Она развела руки в стороны и сжала их в кулаки. Ладони ощутили непривычный жар, невдалеке раздался угрожающий треск, с потолка посыпалась штукатурка, дым начал медленно, но верно расползаться по помещению, словно сценические клубы, вьющиеся у ног современных перфомансеров для пущего эффекта.
«Выделываюсь. Нужно поскорее закончить с этим и уходить».
Она разжала пальцы, позволяя ослепительным лучам из ладоней прожечь черные дыры на ветхом полу, впуская обжигающий ветер, огненные сполохи и языки живого пламени, скользящего по полу клубком хищных змей. Силясь спрятаться, жалкая тень забилась в дальний угол залы, однако девушка знала, что ее час настал: клеврету злодея не удастся покинуть эти стены, а его дух навечно сгинет в огне.