«Ведь все, что поглощает мое пламя, делает сильнее меня саму».
Пепел оседал в волосах, золотые искорки заколками украшали длинные локоны рыже-красного цвета. Девушка шагнула в огонь, упала в него, как на мягкую траву, наслаждаясь гарью и безвоздушьем, глаза ее остекленело уставились в потолок, губы растянулись в широкой улыбке, сердце забилось медленно и шумно, ударяя в грудь набатом, в висках зашумела кровь.
«Ну же. Пожирай его, дитя мое, пожирай!»
– Помилуйте, – в последний раз заскулила тень. – Я не хотел…
Но его слова не имели для Веры ровным счетом никакого значения. Огонь ослепил ее, заглушил голос чувства и сердца, прожорливо облизывая стены и пол, впиваясь в живое и мертвое, разыскивая, чем поживиться. Наконец он нашел желанную жертву, и огненные клыки, обнажившись, принялись медленно терзать темноту, играя с нею, растягивая адские страдания.
Челюсть Веры медленно поехала вниз, язык вывалился наружу, словно у голодной хищницы. Девушка медленно поднялась и, тяжело дыша, направилась в сторону огненного сгустка, который теперь, обратившись громадной змеей, медленно направился ей навстречу.
– Ну же, накорми меня, – проговорила она – не то мысленно, не то вслух. Ее рот, тем не менее, был по-прежнему открыт, а язык недвижен. – Я до безумия голодна и нуждаюсь в срочной подпитке.
– Конечно, мать моя, – ответил змей. – Моя плоть, созданная тобою, и мой разум, порожденный тобою, повинуются.
А потом черная слизь скользнула из его огненной пасти прямо в Верин рот, и девушка, плюясь, проснулась.
5.
Вера, в принципе, была психологически готова к тому, что может очнуться в абсолютно незнакомом месте – вроде бы, это уже становилось ее новой привычкой – а потому совершенно не изумилась, когда проснулась в окружении рогатых черепов, в глубоких глазницах которых были установлены свечи, и протянутых на крепких веревках трав, подобных которым она не видела никогда в жизни.
«Вот любопытно: никогда не была из тех людей, что срываются с места, тусят с абсолютными незнакомцами, вырубаются и приходят в себя на другом конце света. Теперь, судя по всему, судьба хочет показать мне, что я потеряла, будучи человеком с полной страхов головой на плечах все эти годы».
Страха как такового, правда, в закромах у нее уже не осталось: возможно, шампунь с единорожьими слезами вставлял на гораздо дольший промежуток времени, чем Вера могла предполагать, а может, она просто устала удивляться – кто разберет? Поднявшись на локтях, девушка торопливо осмотрелась; она в последнее время только и делала, что осматривалась, не успевая знакомиться с реалиями нового мира.
«Надеюсь, они не жечь меня тут собрались, – иронично заметил голос разума. – Шансов против толпы могущественных магов из гильдии у меня маловато».
Комната, в которую члены «Птицы Огня» или их слуги принесли будущую Странницу (что бы этот титул вообще ни значил), напоминала нечто среднее между декорацией из советской сказки и антуражем для Интернет-гадалки: выпирающие стены, по которым медленно двигались косые тени, выглядели очень неестественно (она была уверена, что почувствует пенопласт, если дотянется до выступа через все эти многочисленные предметы, расставленные в несколько рядов вокруг алтаря), вышеупомянутые рогатые черепа и кисти рук с огромными когтями, сжимающие в бледно-серых пальцах какие-то вытянутые камешки, засушенные травы, пахучие и скрученные жгутами, протянутые вокруг Веры наподобие красно-белых сигнальных лент, ограждающих особо опасные зоны – все это выглядело слишком вычурно и фальшиво, создавая иллюзию несерьезности.
Девушка свесила ноги с алтаря, на котором все это время возлежала, сложив руки на животе, и с ухмылкой заметила на себе расшитую ночнушку.
«Если я буду продолжать в том же духе, Абиго определенно побьет рекорд Степана по количеству случаев, когда он видел меня голой».
Мысли путались и сбивались, живот предательски заурчал. Возможно, она проспала дольше, чем несколько часов? Ее волосы были сухими и причесанными, кожа скрипела от чистоты.
– Глава гильдии? – осторожно спросила девушка в пустоту. – Степа? Абиго?
Никто не откликнулся; в животе проснулась тревога и начала медленно скручиваться, извиваясь змеей, приметившей легкую жертву. Девушка подняла босую ногу, чтобы перешагнуть через веревки, однако пальцы столкнулись с чем-то невидимым, и ее отбросило назад.