Возле самого края леса купец снова стегнул корову и бросил поводья в сани – всё, дальше старуха ходить не велела.
И не смотря на то, что он выполнил всё в точности, как говорила нищенка, вместо облегчения тяжкое предчувствие сдавило его сердце.
«Не увози Кошку, большая беда будет…» – вспомнил он слова дочери.
«Малое дитя! Да что она понимать может?!» – попытался успокоить себя купец.
Сани скрылись в чаще за деревьями. Годимир Силович постоял ещё немного, с досадой плюнул себе под ноги и медленно побрёл обратно в деревню. Не оборачиваясь, как и научила старуха.
А всё это время за ним с дерева наблюдал Яков в обличии ворона.
– Ну, вот и всё, купец. – пробормотал он, глядя на удаляющегося Годимира Силовича, – Некому больше твою дочь от нас защитить…
Громко каркнув, ворон сорвался с ветки и полетел сообщать весть Ярине.
* * *
Несколько дней прошло. В доме купца воцарился былой мир и покой.
Тягостное предчувствие больше не давило и Годимир Силович нарадоваться не мог, что последовал совету старой нищенки.
– Ты только посмотри, Голубушка, как хорошо стало жить в нашем доме! – довольный сказал он жене, – По мне, так даже дышать легче стало!
– Да вроде так же, как и раньше. – пожала плечами женщина, – Только вот Варенька стала сама не своя. Не бежит на улицу играть с ребятишками, как прежде… И мнится мне, что слышу порой плач из её комнаты по ночам…
Годимир Силович успокаивающе погладил жену по плечу:
– Ничего, отойдёт. Скоро у соседей кошка окотится, возьмём себе котёночка. Она и забудет про эту нечисть невидимую.
Голуба Любятовна снова пожала плечами – может быть и так.
В горницу вошла Варенька, и родители неловко замолчали.
– Надо бы старой нищенке заплатить. – произнёс купец, – А то она нам столько добра сделала, а мы ей ничего. Не хорошо как-то получается.
– Да где ж её теперь отыщешь-то? – женщина покосилась на дочь, но та принялась помогать матери по хозяйству и вроде не вслушивалась в разговор старших, – Может быть ,она уже дальше подалась.
– Точно! – хлопнул купец себя по коленям, – Говорила она мне, что на краю деревни в земляночке обитает. Сейчас же пойду и её проведаю.
Голуба Любятовна вздохнула, но видя доброе расположение духа супруга, перечить не стала.
Годимир Силович собрался, громко чмокнул жену в щёку и потрепал дочь по голове. Но стоило ему выйти со двора, как он тут же столкнулся с нищенкой – вот она, легка на помине!
– Здравствуй, касатик! – елейным голоском пропела злая ведьма, – Ну как? Удалось кикимору выпроводить?
– Здравствуй, бабушка! – обрадовался купец, – Удалось, ещё как удалось! Зажил я теперь лучше прежнего. Что хочешь проси, всё для тебя, что в моих силах, сделаю!
– Ой, ну что ты! – хитро улыбнулась Ярина, – Ничего мне от тебя не надо, всё у меня есть. Да я, честно говоря, уже собралась дальше в путь двинуться денька через три. Всё, наотдыхалась я в вашем замечательном селе, пора и честь знать.
Купец недоумённо помолчал: не привык он кому-то должным себя чувствовать.
– Раз так… Так может ты согласишься эти дни ужинать у меня? Познакомлю тебя со своей женой, дочерью. Приходи, уж не откажись, бабушка…
А ведьма словно того и ждала:
– А чего отказываться-то? Приду, конечно.
В это время Варенька, помогая матери по хозяйству, выглянула в окно, но только вместо доброй и милой старушки, разговаривающей с отцом, увидела истинное обличье злой ведьмы Ярины: горящие от злости тёмные глаза, тонкие пальцы с длинными ногтями, точно когти сжимающие кривой посох…
Ведьма почувствовала взгляд Вареньки и, посмотрев на девочку, криво ухмыльнулась:
– Обязательно приду.
Варенька вздрогнула от испуга и тихо спросила мать:
– С кем это наш батюшка на улице разговаривает?
Голуба Любятовна с любопытством выглянула в окно и увидела милую старушку в поношенной одежде.
– Должно быть, это та самая добрая нищенка, про которую он рассказывал.
Ведьма приветственно кивнула Голубе Любятовне, попрощалась с купцом, и зашагала прочь.
– Разве не видишь, что это ведьма?! Когти, как у хищной птицы, глаза злющие, и не старая она вовсе! А батюшка её ещё к нам в дом вечером пригласил!
– Успокойся, доченька! Видимо привиделось тебе, вполне обычная старушка.
– Неужели не видишь… – девочка осеклась и испытующе посмотрела на мать, – А если бы ты увидела то, что я вижу, тогда поверила бы мне?..
– Конечно. Но сейчас ничего необычного я не вижу.
Девочка замялась:
– А если я попрошу тебя кое-что перед ужином сделать, сделаешь?