Марья задумчиво хмыкнула:
– Хм… Значит, дочка видит, а ты – нет… Агафон! Прекрати выть! Ладно, так и быть, дам тебе ещё один шанс… – мужик тут же радостно вскочил на ноги, – Принеси мне ковш с водой.
Агафон умчался в дом и тут же вернулся с требуемым. Подал ковш хозяйке. Та что-то зашептала над ним и повернулась к купцу. И только он поднял голову, чтобы посмотреть, что же она собралась делать, как Марья резко плеснула водой из ковша прямо в лицо Годимиру Силовичу, отчего тот задохнулся от неожиданности и возмущения.
«Ах, ты ж, поганка такая!..»
– Посмотри теперь на сани. – спокойно сказала Марь, не обращая внимания на покрасневшего и в гневе сжавшего кулаки купца.
Он посмотрел и чуть не ахнул в голос: в прежде пустых санях теперь лежала, свернувшись клубком, большая крылатая кошка. Всё как описывала Варенька – и звезда во лбу, и когти серебряные… Только на её шее ярким световым обручем горел широкий ошейник и цепью приковывал Кошку к саням. Годимир Силович утёр лицо рукавом, и снова посмотрел на сани. Кошка не исчезла.
– Великолепное создание… Соткана из мельчайшей звёздной пыли и лунного света. Очень тонкая и умелая магическая работа… – тихо пробормотала Марья с явными нотками восхищения в голосе, – Интересно, что за умелец её сделал?..– и тут же, словно очнувшись, строго приказала купцу – Произнеси заклинание задом наперёд. То, каким её в сани посадил!
Годимир Силович вскочил, захлопал ртом, широко вытаращил глаза, но тут же опомнился и принялся хлопать себя по карманам на рубахе и штанах.
«Фух! Слава богу, не выкинул!» – вздохнул он с облегчением, отыскав листок с заклятием, который ему давала ведьма Ярина.
Осторожно развернув изрядно потрёпанный после стирки клочок бумаги, принялся старательно и чётко произносить непонятные магические слова:
– Ут фиат солвер эт каптивас экр этура…
Как только он закончил, магические путы на Кошке ослепительно вспыхнули и растворились в воздухе. Но освобождённая зверюга шумно вздохнула и отвернулась, словно и не собиралась покидать сани.
– Обиделась. – констатировала Марья, – Не хочет возвращаться.
– Кошка, милая! – кинулся к саням Годимир Силович,– Прошу, пойдём! Вареньке совсем худо! – услышав про девочку, Кошка повернулась и навострила уши.
– Умирает наша Варенька! Не дожить ей до вечера! Отравила Ярина нашу девочку! Мёртвой её служить себе ведьма хочет заставить, раз она ей живой не даётся!..
Кошка вскочила, зашипела и завыла, как бешенная, от чего купец шарахнулся от саней прочь: а ну, разорвёт! Кошка расправила крылья и – фыр-р-р! – взмыла в рассветное небо и исчезла за темнеющими кронами деревьев.
– Кхе-кхе! – нарочито громко кашлянула Марья, привлекая к себе внимание Годимира Силовича, – А теперь, купец, давай-ка рассказывай про Ярину. Да не юли, а в мельчайших подробностях! – и вид у неё снова стал такой, что он в очередной раз внутренне вздрогнул и, не посмев противиться воле чародейки, принялся рассказывать всё с самого начала.
Выслушав, не перебивая, Марья задумалась:
– Значит, Варенька твоя ей понадобилась… Гляди-ка, как Ярина расстаралась! Точно паучиха на тебя хитроумную сеть сплела… Вот что, купец! Хочу я на твою дочку посмотреть, чтобы понять из-за чего такой сыр-бор случился. Веди меня к себе домой!
Годимир Силович опустил голову и обречённо вздохнул:
«Обманул меня всё-таки, негодник серый! «Марья из добреньких будет»… Ага, как же! Такая же, как и та, с вороном: тоже дочку ей мою подавай!» – а вслух произнёс:
– Нет у меня сил, чтобы противостоять тебе… Пойдём, коли воля твоя такая. Об одном лишь прошу – не причиняй Вареньке вреда…
– Пф! Больно надо! – фыркнула девушка, – Сейчас оденусь и сразу в путь. – она скрылась в доме.
Немой Агафон подошёл и ободряюще похлопал купца по плечу, мол, не боись, всё хорошо будет!
«Чего уж тут хорошего… – снова про себя вздохнул Годимир Силович – Из огня, да в полымя…»
Долго Марью ждать не пришлось: она скоро вышла на крыльцо, одетая в богато расшитое платье, будто княжна какая. Проигнорировав удивлённый взгляд купца, спустилась с крыльца и достала из рукава белый кружевной платок. Подбросила она его в воздух и прошептала какое-то заклинание.
Платочек закружился в воздухе, стал расти и превратился в лёгкую лодочку. Спереди у лодочки голова лебединая на изогнутой шее, а по бокам большие крылья кружевные, и вся белоснежная, точно взаправду лебёдушка.
Марья ступила в лодочку и приказала Агафону:
– Вещи собери и следуй за нами. – затем окрикнула оторопевшего купца – Пожалуйте на борт, Годимир Силович! Так быстрее будет. Смелее, ну!