- Так он ведь, наверное, в «Заезжем дворе» в постели лежит. Сходи сама к нему, гостинцев отнеси, проведай.
- Что ты, что ты! Тогда моей репутации будет полный крах, меня затравят жители Воронцовки, затравят и проходу не дадут меня никто не только замуж после этого не возьмёт, но, в мою сторону не посмотрит! Это совершенно исключено! Я не могу Алексею Ильичу даже записку передать без ущерба для своей женской чести.
- А как же твои революционеры-единомышленники? Пусть бы они помогли, сходили бы к нему. Ведь бедный Сербинов даже вино, загруженное в вагон, не может принять по акту, на работу не ходит. Вчера вечером он к знахарке приезжал, где дочка Лыжина лечится, так Василий его на закорках перенес в коляску к Науму.
- Нет, члены кружка открыто светиться не будут, у нас деятельность секретная, там конспирация.
- Ну, так что же ты унываешь? Нет причины пока. Баба Валя его подлечит, и он с тобой встретится. А потом совершите революцию, придете с ним к власти и, если после чисток в революционных рядах останетесь живы, то еще всласть попьете кровушки у трудового народа.
- Что ты такое говоришь? Пророчишь, что ли? Или издеваешься, насмехаясь?
- Не собираюсь даже. Просто у меня интуиция. Не знаю, что будет с каждым отдельным человеком, а вот, что будет с Россией - это знаю.
- Откуда?
- Догадываюсь, а, может, время от времени мне во сне снится то, что будет.
«Не признаваться же еще и этой революционерке в том, что мы с Мишей попали сюда из будущего», - подумала я.
- Ладно, предположим, что ты знаешь, что будет со страной, но не знаешь, что будет с каждым человеком, так расскажи. Но учти сразу, если это религиозный бред, то я ни за что не поверю, потому что мы все атеисты.
- Конечно-конечно, атеизм тоже вера, я понимаю. Вера в то, что Бога нет.
- Понимай, как хочешь, но лучше ты мою веру не трогай. Просто я с тобой поделилась своими переживаниями, как с подругой, ты сама спрашивала, а теперь тебя мой атеизм не устраивает.
- Не обижайся, Дуся. Обидеть тебя я не хотела. Моя бабушка и дедушка тоже атеисты, все сейчас атеисты, так общество специально раскалывают из-за границы наши враги.
«Не бабушка с дедушкой они, конечно, а для меня они прапрабабушка и прапрадедушка, но они, действительно, были молодыми в эти годы и до конца жизни были убежденными атеистами».
- Причем здесь заграница?! - возмутилась Евдокия. - Ты ведь никого из нашего кружка даже не знаешь! Они искренне хотят улучшения жизни для нашего народа. Сколько можно продолжаться самодержавию в нашей стране? Почему другие страны могут выбирать своих представителей во власть, а мы должны жить без конституции и выборов? Почему наши крестьяне и рабочие так тяжело работают и так плохо живут?
- Ты слышала выражение - «англичанка гадит»? - спросила я Дусю.
- Конечно. Англичан у нас обвиняют на каждом шагу, - ответила она.
- Так вот те, кто так говорит, правы. Она, действительно, гадит. Потому что царь у нас глубоко верующий православный совестливый человек и Россия на подъеме, а это никому не нравится: ни тем, кто за границей России видит, как она становится самой могущественной, самой благоприятной для жизни населения страной, ни тем, кто близко к власти внутри неё, потому что, когда все есть, каждому из них хочется больше этой самой власти. То, что революции происходят именно тогда, и только тогда, когда страна на подъеме, когда уже видна блестящая перспектива - это уже доказано на примере самых разных стран.
- Ты такая молодая и говоришь так уверенно, что хочется с тобой соглашаться, как будто ты знаешь больше меня, хотя я в революционной борьбе уже немало лет. Хотелось бы посмотреть, как тебе отпоет на эти твои утверждения Алексей Ильич. А в кружке, боюсь, тебя и отлупить могли бы, если бы твои утверждения были достаточно убедительные. Но все это сейчас меня волнует только постольку поскольку. Главное для меня сейчас - суметь встретиться с Алексеем Ильичом и при этом не натерпеться позора ни перед посторонними, ни перед ним самим.
- Так что может быть проще! Поехали со мной и Василием к бабе Вале после работы. Скорее всего Сербинова привезут туда на процедуры и вы сможете поговорить.
- И что я ему скажу? Как оправдаю свой приезд? Это же сквозь землю провалиться можно! Что он обо мне подумает?
- Положись на меня. Обещаю придумать логичное объяснение. Не переживай, давай обойдем бочки в подвале. Все ли там отбродило? Что осталось с осадком? Давай срочно продегустируем и, если добродило, то снимем с осадка и дольем.
До вечера доделали все необходимое со свежим вином и отправили на склад все оставшиеся бочки с излеченным.