- Хорошо, я постараюсь удержать тебя от смертоубийства, - пообещала я и Зара, попрощавшись, ушла.
Я подошла к Мише.
- Вот это платье! Кто тебе его дал? - спросил мой джентльмен во фраке.
- Мне не говорят, - ответила я. - Наверное, тот же, кто и тебе.
- Я у Андрея выпросил, он сегодня выходной. Эта одежда мне велика, по-моему.
- Не знаю, велика или нет, но интересно до замирания сердца. Вот, когда бы мы дома так нарядились? Когда бы увидели друг друга в таких нарядах? Нас бы обсмеяли!
Из дома выскочила Настенька.
- Вот вы где! А там вас уже ждут давно. Вся семья собралась, нарядились. Захар шарабан запряг, я на подушки для него наволочки надела. Выезжать на шарабане будут со двора, поэтому заходите побыстрей, а то барин рассердится.
- Бежим! - воскликнул Миша, взяв меня за руку, и мы побежали через парадный вход во двор.
Часть 17
Все уже сидели на первых рядах скамеек, когда мы с Мишей подбежали к запряженным в шарабан двум еще незнакомым мне, но очень грациозным, лошадкам. Этот шарабан мне очень понравился, потому что был вместительным, но при этом не казался громоздким, а был открытым, очень изящным четырехколесным экипажем. Изящество ему придавали и высокие, с тонким легким ободом, колеса, и изогнутость кованых рессор, и прикрепленные к рессорам, поперек шарабана, три легкие деревянные скамейки, и темно-вишневая, попеременно с черной, окраска.
Увидев меня, Марьяша, которая уже сидела рядом со своей матерью в шарабане, воскликнула:
- О-о-о! Так вот, папенька, кто теперь носит мои наряды, которые вам нравятся! Вам надоело, что они пылятся в шифоньере? Нашли им применение?
- Да, что ж, тебе жалко, что ли? Зря ведь пропадают вещи, а девочке носить что-то надо, - урезонила дочь Екатерина Николаевна и я сейчас только рассмотрела, что она красивая женщина.
Волосы ее были уложены в пышную прическу, напоминающую берет с бубоном, но эта прическа, в противоположность берету, держалась прямо и делала женщину величественной, шею тонкой, а голову - будто коронованной.
На ней сегодня было платье из плотного шелка нежно лилового цвета, с чуть проступающим рисунком. Спереди мягкие складки-защипы из-под груди уходили на рукава, а рукава заканчивались воланами из тонкой кружевной ткани. Воротник - высокая стойка, застегивался на спине маленькими пуговками, а впереди был украшен камеей из цельного большого рубина. Юбка сзади собиралась множеством складок в «павлиний хвост», как я называю этот фасон, когда рождается ассоциация о торчащей позади женщины птичьей гузки. Но тут было все в меру, а удлинено ли платье сзади, я не могла увидеть, потому что купчиха уже сидела в экипаже.
«Главное, не то, есть ли хвост на платье у купчихи, главное, что меня одевают в секон-хэнд, а я при этом получаю удовольствие!» - успела я подумать перед тем, как высокомерная Марьяша пропела, не стесняясь родителей:
- Продам я юбку, жакет короткий,
Куплю я квасу, а лучше б водки.
Ах, шарабан мой, американка,
А я девчонка, я шарлатанка.
- Не позорь мои седины, Марьяша, - с укором полушёпотом пристыдил дочь Тимофей Савельевич.
- Ничего не поделаешь, на шарабане едем, о шарабане поем. Тем более, выходит, что песенка про меня,- ответила непослушная дочь. - Закажу её цыганам сегодня в ресторане.
«А что, классная песенка! - тихонько сказала я Мише на ушко. - Где-то я её слышала? В кино каком-то».
- Вы забыли свой шарф, барышня, - окликнула меня Настенька, когда я с помощью Миши взбиралась в шарабан.
- Подожди, пожалуйста, Настенька, секундочку, - попросила я, а сама подумала:
«Господи, да как же я сяду в этом платье? Меня этому не учили, но нельзя же терять лицо, тем более, что этот конфуз будет радостно осмеян Марьяшей. Нельзя радовать таких личностей, как она».
Теперь объяснить кому-нибудь, как я села, не смогу при всем желании, но я села! Миша сел рядом.
Настенька протянула мне воздушный шарф ничем не разбавленного кофейного цвета. Он был тоньше фатина и напоминал мне хранящийся у нас в семье неведомого возраста платочек, который бабушка называет «газовым». Вот такой же «газовый» шарф, только, в противоположность бабушкиному, новый, подала мне Настенька и я с удовольствием накинула его на плечи.
- Как хорошо он подходит к этому платью, - сказал мне Миша.
- Кукла куклой, - ехидно констатировала Марьяша.
- У вас тоже восхитительный наряд, - потушил злобу ехидны комплиментом дипломатичный Миша.