Волшебная ночь. Часть вторая.
Прежде чем открыть глаза, Эда сладко потянулась как кошка на гладких шелковых простынях, ласкающих кожу, перевернулась на другой бок, уложив голову щекой на мягкую подушку и вдохнула тонкий аромат благовоний, все еще чувствующихся в комнате. Улыбнувшись и проснувшись окончательно, она посмотрела сквозь густые ресницы и тут же резко села на постели. Рядом с кроватью стояла незнакомка и холодно буравила ее светло-голубыми глазами. Красивое лицо этой женщины казалось сделанным из мрамора, до того оно было светлым и только нахмуренные тонкие брови выделялись темными изогнутыми дугами, подчеркивая ее неодобрительный ревнивый взгляд. Волосы цвета спелой пшеницы, уложенные в замысловатую высокую прическу на голове, подчеркивали тонкую длинную шею с горделиво поднятой головой. Она молча рассматривала Эду и от взгляда незнакомки у той по спине побежали мурашки.
— Кто ты такая? — спросила девушка, натягивая одеяло до самого подбородка.
Незнакомка холодно усмехнулась, слегка скривив идеально очерченный рот и развернувшись, пошла к выходу, шурша богато расшитой золотом парчой платья.
Выйдя в распахнувшиеся перед ней двери, женщина бросила злой взгляд на служанку.
— Пойдем, — процедила она сквозь зубы.
— Ты видела ее, госпожа? — подобострастно склонившись, рабыня заглядывала в лицо горделивой красавицы снизу вверх. Но та, не удостоив ее взглядом, величественно проследовала мимо.
Оставшись одна, Эда хотела встать с постели, но тут обнаружила, что она абсолютно обнаженная. Воспоминания о прошедшей ночи заставили ее слегка покраснеть, но в то же время вызвали смущенную улыбку. Еще никогда в жизни она не чувствовала себя так странно. Все тело сладко ныло, а в душе пели райские птицы. Счастливо улыбаясь, Эда вновь откинулась на подушки, думая только о горячих и страстных ласках, которыми осыпал ее султан этой волшебной ночью.
Двери снова бесшумно открылись, и теперь на пороге возникла ее служанка Фатима, неся в руках наряд небесно-голубого цвета.
— Я пришла за тобой, госпожа. Тебе нужно возвращаться в свои покои. Владыка повелел, чтобы тебя никто не трогал, пока сама не проснешься, — радостно затараторила Фатима. — Ты хоть понимаешь свое счастье? Наш мудрейший повелитель оставил тебя в своих покоях на всю ночь! Обычно он отсылает девушек обратно, как только насытится ими. Лишь его любимая наложница Лайла-Хатун оставалась с ним до утренней зари!
Радости Фатимы не было предела. Ещё бы! Она уже думала о том, как теперь изменится ее собственная жизнь. Быть служанкой фаворитки повелителя — об этом можно было только мечтать!
Служанка ловко облачала Эду в многослойное платье, состоящее из нескольких тончайших шелковых нижних юбок и тяжёлого верха из голубой переливающейся парчи, богато расшитой серебром и украшенной драгоценными камнями.
— Ты только посмотри на это великолепие! Справедливейший и щедрейший султан Селим, продли Аллах его дни на многие лета, повелел, чтобы для тебя выбрали самые дорогие наряды у лучших придворных портных и сшили новые по твоему вкусу! — Фатима не закрывала рот ни на минуту.
Эда почти все пропускала мимо ушей, но, когда прислужница проговорила про любимую наложницу султана, она остановила ту вопросом:
— Какая она, эта Лайла?
Девушка увидела, как довольная улыбка тут же сползла с простодушного лица Фатимы. Сделав большие глаза и оглянувшись по сторонам, словно проверяя, не подслушивает ли кто-нибудь, она прошептала:
— Лайла прекрасна как солнечный день и коварна как самая темная ночь! Не вздумай соперничать с ней, для своего же блага, оставайся лучше на втором месте, иначе отправишься на дно Босфора быстрее, чем сумеешь опередить ее!
— Разве она обладает такой властью, что может лишить жизни? — Эда не сомневалась, что именно Лайла была ее утренней гостьей.
— Она обладает гораздо большей властью, чем ты можешь себе представить. В любом случае, остерегайся ее. Даже султан не сможет тебя защитить, если ты поссоришься с Хатун.
Полностью одевшись, Эда накинула на волосы полупрозрачный платок и вместе с Фатимой оставила покои повелителя, бросив исподтишка быстрый взгляд на разобранное ложе.
Проходя по длинным коридорам огромного дворца Топкапы, Эда думала о словах служанки, почти не обращая внимания на то, куда идет. Полутемный, освещенный лишь факелами на стенах коридор внезапно закончился, и девушка ступила в пространство, залитое солнечным светом. Не сразу поняв, что проход вывел их на просторный балкон, она растерянно подняла глаза и огляделась. Фатима отступила к стене, а Эда подошла к самому бортику, с восторгом вдыхая свежий воздух, наполненный ароматом зелени и цветов, благоухающих в саду.