- А зачем табуретки? - спросил Чижик.
Художник удивился:
- Вы хотите все время стоять?
- Или прыгать на месте? - спросил железный человечек.
- У них ноги устанут, - сказала Настенька.
- На коне сидеть удобнее, чем на табуретке, - пояснил Чижик.
- Хм, - сказал Карандаш и поглядел на Самоделкина: - Ты когда-нибудь слышал подобное? Им нужны лошадки!
Ребята захлопали в ладоши:
- Лошадки! Лошадки!
- Мне коня! Боевого коня! - попросил Чижик.
- Вы только подумайте, - всплеснул руками художник, - а как я вас потом всех ловить буду? Я нарисую лошадок. Я нарисую деревянные качалки. Они будут совсем как настоящие верховые лошадки!
И все это понравилось.
Художник подошел к стене класса, постоял возле нее в тишине, как бы готовясь к торжественному действию, подумал и начал рисовать.
Если вы у себя в классе нарисуете лошадку мелом на доске, она будет на ней красоваться до тех пор, пока ее не сотрут влажной тряпкой. Но в классе Волшебной школы сама лошадка вдруг отделилась от стенки!
Будто ее не рисовали, а принесли в класс прямо из магазина и поставили на полу. Нарядную качалку-лошадку.
Ребята ахнули. Они впервые увидели такое чудо.
- Первая лошадка - Настеньке, - сказал учитель Самоделкин.
- А я нарисую для всех! - и Карандаш быстро нарисовал еще двух деревянных лошадок.
Не прошло и пяти минут, как все ребята сидели на своих необыкновенных партах: каждая в четыре ножки, с хвостиком да еще с ремешком-уздечкой. Ребята качаются на них, как настоящие всадники. Урок продолжается.
- Это все-таки ошибка воспитания, - ворчал себе под нос мастер Самоделкин. - Лучше обыкновенный табурет сделать своими руками.
Но ворчал он просто так, по привычке. Ребята сияли от восторга, и Самоделкин в глубине души радовался этому. Вы не знаете, какая большая радость, когда вдруг нарисованные лошадки становятся игрушками.
- А теперь надо приготовить стол для учителя.
- Не надо! Не надо! - зашумели ребята.
- Как не надо? - опешил художник - А где же я буду сидеть и ставить вам отметки?
- Я придумал! На кораблике надо сидеть, - как ни в чем не бывало сказал Чижик.
- Хм! - произнес Карандаш.
Он подошел к стенке и начал рисовать.
Это был совсем как настоящий пароход, но только сухопутный, пароход на резиновых колесах, чтобы двигаться по всему классу. На мачте парохода висел звонок с длинной веревкой. Под ним появился капитанский мостик с медными сверкающими поручнями, а рядом - белая пароходная труба.
Весь класс дружно захлопал в ладоши, смеясь от удивления. Самоделкин подошел, слегка подвинул пароход, осмотрел его.
- Коробка, пустая коробка, и никакого механизма, - с хорошим знанием дела, но так, чтобы его никто не слышал, проворчал Самоделкин. - Пойду лучше приготовлю все для большой перемены.
- Вот как появляются оживающие рисунки! - между тем говорил Карандаш, любуясь новым пароходом.
- Неоживающие! - перебила Настенька. - Они совсем не оживающие.
- То есть как? - не понял учитель.
- Они еще не бегают, и не скачут, и не смеются. Они совсем не оживающие.
- В самом деле, - согласился Карандаш. - Это неодушевленные предметы. Вы хотите, чтобы я нарисовал что-нибудь живое?
- Хотим! - закричали малыши.
- А можно, я нарисую? У меня дома очень хорошо получалось, - попросил Чижик.
- Живая картинка у тебя пока не выйдет, - улыбнулся художник, - но я дам тебе что-нибудь раскрасить и посмотрю, как ты это умеешь. А теперь я должен подумать, кого же нарисовать.
- Кусачее-бодучее? - сказал Прутик и поглядел на девочку.
- Ой, не надо кусачее, - пискнула девочка.
- Собаку овчарку, - попросил Чижик.
- Серого козлика, бабушку и волка, - засмеялся Прутик, поглядывая на девочку.
- Что вы, что вы?! - замахал руками Карандаш. - Не все сразу, потерпите.
- Козу!
- Кота!
- Собаку! - выкрикивали ребята.
- Попугая! - добавил Прутик. - Ученого попугая!
- Хорошо, хорошо! Нарисуем всех вместе.
Художник подошел к стене и, посмеиваясь про себя, стал рисовать. Собаку он в один миг нарисовал, потому что собака была нераскрашенная. А нераскрашенная, она просто не могла сойти со стены, потому что была недорисована.
Потом Карандаш нарисовал козу с маленькими рожками. Он тоже ее не раскрасил. Потом настоящего тропического попугая. Потом кота бесцветного нарисовал и сказал:
- Ну, Чижик, возьми, пожалуйста, мою кисточку и раскрась, пожалуйста, собаку.
Он протянул кисточку малышу, а сам поднялся на капитанский мостик и стал смотреть сверху прищурившись, как смотрят капитаны с капитанских мостиков.
Ребята закачались на своих лошадках. Им всем очень хотелось кого-нибудь раскрасить. Но лишь один Чижик спрыгнул с лошадки и пошел за кисточкой.
- Потом Прутик раскрасит кота, а Настенька раскрасит козу, - так сказал Карандаш, посмотрев, как ребята качаются на своих качалках.
ВТОРАЯ ГЛАВА самая удивительная
Но тут в дверь заглянул Самоделкин и сделал знак рукой.
Художник, не очень довольный тем, что его оторвали от урока, не торопясь подошел к нему.
- Выйди на минуту, - шепнул Самоделкин, - все готово. Не хватает конфет с клубникой.
- Я на одну минуту, - сказал Карандаш всем ребятам. - Я скоро приду. - Он вышел из класса.
- Не шалите, - добавил почему-то Самоделкин и закрыл дверь.
- Так чего же нам не хватает? - спросил Карандаш, когда Самоделкин привел его в столовую.
Надо вам сказать, что в этой Волшебной школе есть необыкновенная столовая, о которой вы еще услышите.
- К чаю нет конфет. А чай без конфет - это не чай.
Карандаш подошел к длинному столу, накрытому белоснежной скатертью, подумал и нарисовал прямо на скатерти шоколадные конфеты с клубникой внутри.
Вы, конечно, понимаете, что конфеты через мгновенье лежали на скатерти, как самые что ни на есть настоящие-пренастоящие. Самоделкин взял их и кудато спрятал. И в ту же минуту он услышал громкий веселый смех, крики, топот, звон пароходного колокола, мяуканье, собачий лай. Кто-то звонил в колокол на капитанском мостике парохода. Будто пароход не стоял на четырех своих колесах на твердом паркете, а попал в страшную бурю, и вот-вот собирается утонуть, и зовет всех, кто попадется, на помощь.
Два наших учителя подпрыгнули на месте, повернулись и побежали по коридору. Когда они влетели в класс. Карандаш чуть не упал от удивления, а Самоделкин так раскачался на своих пружинках, что никак не мог устоять на месте.
На лошадках никто не сидел. Они качались одни, сами по себе.
Ребята прыгали по классу не хуже самого Самоделкина. Все кричали, смеялись, махали руками, а колокол звенел и звенел.
На мостике парохода стояла коза и отчаянно дергала за веревку, привязанную к сигнальному колоколу. На шее у нее висел маленький серебряный бубенчик. Он тоже звенел.
На высокой мачте сидел неизвестно откуда взявшийся кот и шевелил невероятными кошачьими глазами. Невероятная собака с отчаянным лаем бегала по классу. И неизвестно было, кто кого догонял: собака ребят или ребята собаку.
Самоделкин зазвенел своими пружинками, засмеялся. Художник, чтобы не упасть, хотел за него подержаться. И они закачались вместе, запрыгали, заливаясь веселым смехом.
Коза была необыкновенной масти! Козы бывают белые и черные, серые и черно-белые. А эта вся в луговых цветочках. На одном боку васильки, на другом - желтые ромашки. Эту козу, пока она еще была бесцветной, раскрасила девочка Настенька волшебной кисточкой учителя.
Какие бывают собаки, я рассказывать не буду. Все ребята знают, какие они бывают, эти собаки. Наша собака не такая, как все. Она была тигриная, в оранжевую полоску, с тигриным хвостом и усами. Она только лаяла почему-то не по-тигриному. Эту собаку раскрасил Чижик.
Кот на высокой мачте весь был в шахматную клеточку, в зеленую и белую. Хоть ставь на него шашки или шахматы и передвигай с клетки на клетку. Хвост у него зеленый, усы длинные, зеленые, как травка, и глаза очень зеленые, как светофоры. Кота раскрашивал Чижик.