орит, что отведет меня в страну фей. Если ты еще хочешь увидеться перед тем, как мы улетим, то я скажу тебе потом, где мы будем. Лика против того, чтобы ты нас провожала. Но сейчас она пошла за моими ботиками, которые сушатся на батарее. А я тебе говорю это... Меня подбросило словно от удара тока. Это уже не было похоже на сказку. Стало страшно, просто жутко, хотя я даже не могла бы объяснить, что именно так сильно меня напугало. Обычные детские игры... Страна фей, сказки. Но сердце колотилось в груди, отказываясь успокаиваться. Я ворвалась к начальнику без стука и он, не спрашивая ни о чем, согласился отпустить меня домой раньше. Не удивительно, я увидела мельком свое отражение в зеркале - совершенно ошалевшие глаза и мгновенно осунувшееся лицо. До детского сада десять минут на маршрутке. Сейчас казалось, что это целая вечность. Но выбора не было, такси я буду ждать еще дольше, а пешком по весенней распутице - полчаса. И я как раз успею послушать сказку. Едва смогла вставить наушники - так дрожали руки, перемотала вверх все голосовые сообщения от Максика, нашла первое и нажала на кнопку воспроизведения. Сын шептал на ухо, словно стоял рядом, словно обнимал меня на плечи: - Далеко-далеко есть чудесная волшебная страна, где живут феи... Крошечные, дивные создания. Они целый день поют песни, порхают в воздухе, хотя крылышек у них нет на самом деле. Просто они сами легкие, как пушинки. Лика говорит - легче воздуха. И, кстати, Лика все знает про волшебную страну, просто она врушка. И вот порхают они счастливые и веселенькие... Сложно сочинять, оказывается, сказки, особенно когда сказки - это совсем не сказки. Давай я попробую еще раз. Я включила следующую запись, пока не пытаясь понять. Мне только надо было слышать его голос. - А ты знала, как рождаются феи? Если в ясный весенний день солнечный луч пройдет сквозь капельку воды, и капля растает от дуновения ветерка, то в тот же миг появится новенькая фея. И тут же примется петь и порхать. Хотя я не очень помню, если честно. В общем, они просто рождаются там, в волшебной стране. Словно пушинки одуванчика. Помнишь, ты говорила, что из-за того, что семена одуванчиков разносятся ветром, они могут вырасти где угодно. И их всегда вырастает так много! Хотя они очень милые цветы и никому не мешают, но все считают их сорняком. Вот и крошечных фей в их волшебной стране, где живут на самом деле не только феи, но и другие чудесные создания, которых я не всех помню, но они такие же, как в сказках, которые ты мне читала - гномы, великаны, гоблины, эльфы и, конечно, волшебники. И вот, кто-то посчитал, что милые маленькие феи - это такой же сорняк. И что их стало так много, что другим уже не хватает места. Я знаю, это все придумали волшебники. Они никакие не добрые, а на самом деле - злые, мне так кажется... Ой, прости, воспитательница идет. Я чуть-чуть позже расскажу дальше. Но мне ждать было не нужно, и секундой позже я слушала продолжение: - «Убирайтесь прочь», - сказали волшебники феям: «Есть и другие миры, пустые. Идите туда!» И они нашли для фей такой мир, но мир был слишком грубым и большим, и маленькие феи почти сразу погибали там, ведь они умели только петь и порхать. «Беспомощные создания!», - сказали волшебники и топнули ногой. Потом они думали долго и придумали кое-что. В том мире жили большие и грубые существа. Пустые внутри. Пустые, это значит, что у них не было души. Существа были волосатые и некрасивые, но зато прекрасно себя чувствовали там. Они не замерзали от холода, и не умирали от голода. И волшебники придумали, как можно втиснуть крошечных фей, которые легче воздуха, ты же помнишь, в этих грубых и больших существ. Феям было тесно и неуютно, им было страшно, они плакали и просили не поступать так с ними, ведь они больше не могли порхать и петь. Но волшебники сказали: «Ничего, научитесь!» И действительно, постепенно, когда прошло много-много-много-много-много, вот как много лет, существа перестали быть такими уж грубыми. И даже научились петь, но порхать так и не научились. Ведь они не были легче воздуха, ты же понимаешь. И даже стали постепенно напоминать фей, какими они были когда-то. Они больше не были волосатыми и грубыми, они стали хрупкими и довольно милыми. И пели порой просто чудесно. Но все же феями они не стали. А злые волшебники никак не могли угомониться. И как только в волшебной стране рождалась новенькая фея, как они - раз, хватали ее и запихивали в... новорожденного младенчика. Ведь ты уже догадалась, мама, правда, про каких грубых существ я тебе рассказываю? Запись закончилась, но была еще одна. Мой маленький выдумщик! Как далеко увели тебя твои мечты. А Лика, как она могла! Ведь уже совсем взрослая девочка! Так вот о чем они шептались по ночам! Тут я вспомнила, что мои дети прямо сейчас собрались отправиться в страну фей, и сердце пропустило удар. Стало страшно до жути. В эту секунду Ватсап выдал мне новое сообщение -фотографию дома. Вернее, таблички на нем. Лесная улица, дом пять. И следом короткая запись, Максик никак не мог отдышаться от быстрого бега и произнес скороговоркой: «Мама, Лика пошла наверх, посмотреть, открыта ли дверь на чердак. Мы здесь, мама». Я едва не вскрикнула, закусила губу. Я готова была выпрыгнуть и бежать пешком, но огромным усилием заставила себя сидеть на месте, понимая, что только потеряю время. У меня еще оставалась последняя запись. - Но постепенно волшебники перестали быть такими уж злыми, а в чудесной стране стало совсем мало фей. И они сказали: «Ладно. Пусть будет город только для вас. Последний город фей. Захотите вернуться - возвращайтесь. Мы оставим вам память. Только знайте - когда любовь первый раз коснется сердца, вы забудете все. Уже навсегда». Мама, Лика говорит, что у нее осталось мало времени. Что любовь может коснуться ее сердца в любой момент. Поэтому мы сегодня уйдем в волшебную страну. Туда нельзя добраться на поезде, или долететь на самолете, или доплыть на корабле. Страна фей хоть и далеко, но не по-настоящему далеко, она прямо рядом с нами, но чтобы попасть туда, надо стать легче воздуха. Ты понимаешь, мама? Я знаю, ты ничего не помнишь теперь. Но когда ты была маленькой, то все знала о стране фей. Так же, как знает Лика, как знаю я. И все дети в этом мире. Но даже если бы мы захотели рассказать, вы бы все равно нам не поверили... А Лика сказала, что у тебя в голове одни отчеты. Ты только говоришь: «Польза, польза, польза...» А от детей маловато пользы, поэтому ты не слишком будешь грустить, когда мы уйдем. Это Лика так говорит. Но мне все же кажется, что будешь. И знаешь, мама, этот мир не такой уж грубый, он мне нравится. Пусть и не волшебная страна, но я люблю здесь жить. Приходи за нами, если все же решишь, что от детей бывает хоть какая-то польза. Мне вот от тебя польза есть - когда я думаю о том, что ты меня любишь, то хочется петь и порхать. Это и не удивительно. Ведь я тоже фея. Улица Лесная, дом пять. Я увидела его из окна и вскрикнула, забарабанила руками по стеклу, словно дети могли услышать меня там. Если они еще там... Водитель резко дал по тормозам, почудился чей-то недовольный шепот: «Сумасшедшая баба». Я действительно словно сошла с ума. Мир вокруг стал единым размытым пятном. Он плыл мимо меня, или я плыла в нем, ощущая себя неуклюжей и неповоротливой глыбой. А секунды бежали, безжалостно отсчитывая время. Я получила фотографию дома минут пять назад. Они могут быть уже на крыше. Они могут быть уже... Но я запрещала себе думать об этом. Во дворе дома было тихо, малолюдно. Две пожилые женщины сидели на скамейке - весеннее солнышко пригревало, им даже разговаривать было лень. Я рванула ворот пальто, только сейчас почувствовав, как жарко и душно, и не хватает воздуха после быстрого бега. - Вы видели детей? Девочка постарше и маленький мальчик? В какой они подъезд зашли? Обе нерешительно указали на ближайший подъезд. Смотрели на меня испуганно, но с интересом. Теперь им будет что обсудить. На подъезде не был установлен домофон - редкость сейчас. Лика заранее позаботилась обо всем, изучила путь. В нашем доме ее кто-то мог остановить, но здесь девочка, идущая с братом на последний этаж едва ли вызовет подозрения. Пятый этаж обычного панельного дома. Десять лестничных пролетов и еще одна маленькая лестница, ведущая к чердачной двери. Незапертой чердачной двери. Что за безалаберные люди живут в этом доме? Где их разум вообще? Я словно наяву услышала голос Лики, он насмехался надо мной, повторяя: «Польза. Польза. Польза». Я даже зажмурилась, вцепившись в грязные металлические перекладины. «Я больше не буду!» - пообещала я: «Никогда - никогда...» Я сразу же увидела их. Лика сжимала руку брата, они стояли на краю и смотрели вниз. А я замерла, скрытая пока от их глаз. Боясь пошевелиться, боясь спугнуть. У меня будет только один шанс. Но как выбрать нужные слова? Какие будут правильными в этот момент? Позвать Максика, чтобы он утянул за собой сестру, но он еще так мал, он не справится. Окрикнуть строго, чтобы Лика послушалась на уровне инстинктов. Или... Я тихо подошла и встала за их спинами, глядя, как ветер треплет распущенные волосы Лики. Она опять ходит без шапки, а сегодня еще так холодно... «Польза!» - сказал двойник Лики в моей голове и погрозил пальцем. Я смотрела, как ветер треплет распущенные волосы моей дочери... Я помнила этот весенний ветер. Он особенно пахнет. Водой. И солнцем. И ожиданием счастья. Он зовет в дорогу т