– Едва руки не сожгла, да ещё и ноги стёрла. Что же у тебя за обувь такая? – проворчал мужчина.
– Обычная… – отозвалась я хрипло, чувствуя на лодыжках его горячие пальцы. – Просто сапоги сели криво, вот туда вода и попала…
– Ты сейчас же ляжешь отдыхать, – хмуро сказал Влас. – Скоро рассвет. Не возражай, пожалуйста. Здесь должно быть удобно, хотя я ни разу на этой постели не спал.
– А ты придёшь ко мне? – спросила я, схватившись за его руку.
– Конечно. Сейчас принесу чего-нибудь перекусить, переговорю со старейшинами – и спать.
– А что Люсьен? – спросила я. – Она для тебя точно не опасна?
– Точно. Не переживай. Она хоть и несносна, но не так жестока, как её мать. Но об этом поговорим завтра.
Он коротко коснулся моей щеки, улыбнулся – и вышел, тихо прикрыв дверь. С минуту я ещё сидела на постели, потом трудно поднялась и пошла умываться. Получилось вроде неплохо, потому что руки совсем не болели. Однако снять повязки и посмотреть, что под ними, я не решилась.
Выйдя из купальни, я обнаружила на столике у кровати булочку, масло и большой кусок окорока. А ещё там стояла бутыль с чем-то красным, и я, отхлебнув, поняла, что это горячее «драконье» вино.
Мне хотелось во что бы то ни стало дождаться Власа. Поев, я села на покрывало, отметив, как замечательна широкая постель, и долго изучала рисунок плотных штор. Я знала, что, если хотя бы на мгновение закрою глаза – усну тотчас. И, конечно, усталость победила. Я провалилась в глубокий, мгновенный сон, уцепилась за него, но почти сразу очнулась: комната была пуста и темна. Живые камни уже погасли, и только доносился снаружи шум дождя. Влас ещё не вернулся, и я не знала, сколько прошло времени. Мне не хотелось снова засыпать, но глаза слипались. И вдруг – прикосновение! Я вскинулась тотчас: мужчина сидел рядом, пальцы медленно ласкали мои волосы, расплетая лохматую косу.
– Почему сидя спишь?
– Я тебя ждала.
– Вот он я. Давай-ка ложись, котёнок.
Повинуясь его рукам, я склонилась ниже, и, когда Влас распустил мои пряди, рухнула в его объятья. На мужчине не было рубашки, обнажённые плечи накрыли густые чёрно-серебряные пряди. От него замечательно пахло свежестью морских ветров и смолой, и он был горячим и твёрдым, как большой солнечный валун.
– Иди ко мне, Веда. Ближе. Мне нужно твоё спокойное тепло. Без него теперь и не усну.
Я осторожно прижалась, не зная, как лучше приютиться. Мне прежде не доводилось вот так обнимать мужчину, мы с Эликом, если и спали рядом, всегда лежали спина к спине.
– Как тебе удобно? – тихо спросил Влас. – Можешь положить ногу мне на бёдра.
– Спасибо, – прошептала я, нерешительно прижимаясь к мужчине. Устроила щёку у него на груди, чуть выгнулась в поясе… – Так хорошо?
– Если будет неудобно, я скажу, – усмехнулся он.
Широкая ладонь скользнула по моей обнажившейся икре, к колену, и медленно двинулась выше. Пальцы остановились на середине бедра, и мужчина погладил мою ногу:
– Расслабься. Ты меня при всём желании не раздавишь.
Я выдохнула, позволив телу обмякнуть. Сразу стало сонно и уютно, словно в сказочном сне. Нет, реальность теперь превосходила все мои грёзы.
– Доброй тебе ночи, Влас.
– Доброй ночи, маленькая. Спи спокойно.
Я знала, что так и будет. Мне хотелось мурлыкать возле него. Я глубоко вдохнула приятный мужской запах – и провалилась в сладкое, долгое сновидение о больших, размером с дракона, кошках, которые так громогласно урчали, что создавали грозу…
Я открыла глаза и не поняла, где нахожусь. Было темно, за окном бродила непогода. Меня обнимал поверх одеяла кто-то большой и тяжёлый. Я дёрнулась было встать, проверить, не сон ли это, и была тотчас уложена на место.
– Спи, Веда, – пробормотал мужчина.
– Влас! – не веря своему счастью, отозвалась я. – Правда ты?
Я коснулась его обнажённой груди, погладила по шее, по колючему подбородку… Он был реален.
– Конечно, я, – тихо рассмеялся мужчина. – А ты кого хотела нащупать?
– Я забыла, что мы вместе, – прошептала я, сжимая его руку. – Это слишком хорошо, чтобы быть правдой.
Он склонился и коснулся губами моей щеки.
– Обещаю, ты поверишь в это счастье, Веда. Я очень постараюсь тебя убедить.
Его губы скользнули к моей шее, борода щекотала кожу. Я повернулась на спину – не потому, что хотела избежать прикосновений, просто чтобы увидеть Власа над собой и убедиться, что он не призрак грёз.
– Ты здесь.
– Я с тобой.
Мужчина погладил меня по щеке. Я плохо видела его, но даже в полумраке чувствовала теплоту и нежность светлого взгляда. А вот брови его были сведены, но не сердито, а ласково.