Конечно, я сразу рассказала об этом Власу, и мужчина насторожился. Мы тотчас попробовали совместное сновидение, и, к нашему общему облегчению, связь установилась легко. Вскоре стало ясно, что единственное, что меня удерживает от кошмаров, это сила Власа. Если я дремала на солнышке, и мужчины не было рядом – неведомый собственник непременно возвращался, звал меня, приказывал сдаться. Помимо этих тягостных и невнятных угроз, всё было хорошо, но я чувствовала, что муж не зря беспокоится.
Вскоре на берег пришла весна, и Вихреградье преобразилось. Оно цвело всё целиком – от пяток до макушки, и стены стали цветными, а прежде скромные деревья распушились. Крепость благоухала, шумела и дрожала ярким миражом. Из лодки, с которой мы часто рыбачили, и правда была видна особая магия – Вихреградье, отделённое от скал плотным облаком, иногда натурально парило, не касаясь земли, да к тому же мерцало благодаря тысячам спустившихся с гор хоа. Маленькие создания со светящимися крылышками проникали повсюду, и их стрёкот порой мешал уснуть.
Незадолго до праздника Весны Илья отплывал к Огненным утёсам, и Эльта тайно пробралась на корабль. Когда средний спохватился, было поздно возвращать сестру, и он уже из замка друга прислал к нам морского дракона с вестями: они добрались, всё нормально, не считая того, что для Слава появление девушки было полнейшей неожиданностью.
Про себя я поддерживала Эльту в стремлении бороться за любовь, а Влас сердился.
– У Слава помимо проклятия проблем полно, и она ещё добавилась. Знала бы, через что он проходит… – мужчина вздохнул. – Я понимаю сестру, но и его понимаю. Там всё куда сложнее, чем кажется на первый взгляд. – Я посмотрела на него просяще, и Влас невесело улыбнулся: – Прости, маленькая. Я связан клятвой безмолвия, никому не могу об этом говорить, даже тебе и братьям.
– Ничего. Я понимаю. Но, возможно ли, что любовь снова окажется сильнее прочего?
Влас снова нахмурился.
– Не уверен, хотя чудеса, как мы уже убедились, случаются. Пусть поживёт с ним, сама для себя решит, как дальше быть.
Цветущие дни были жаркими, и вскоре мужчина предложил мне наконец-то поглядеть пещерные озёра, до которых было всего полчаса ходьбы. Мы хотели взять с собой Храна, но пёс предпочёл лежать в теньке возле фонтана – солнце пекло нещадно.
Я впервые за долгое время надела простое тонкое платье из белого льна. Прежде-то всё расшитые носила, чтобы мужу нравилось. И теперь, когда сказала ему об этом, Влас рассмеялся.
– Ты, конечно, вышивку делаешь прекрасную, но поверь, меня куда больше интересует всё то, что одеждами закрыто, – он подмигнул мне. – Или то, что всегда есть услада для моих глаз – твои губы, глаза, носик… – Он склонился поцеловать меня, обжёг щёку дыханием. – Вся ты в любой одежде, Веда.
Я покраснела.
– Твои слова – повод для меня признаться, что я люблю смотреть на тебя, когда ты обнажён.
Мы рассмеялись.
– Не стесняйся о таком говорить, – сказал Влас, и пальцы его крепче сжали мою ладонь. – Я рад, что нравлюсь тебе.
– В любом виде, – с улыбкой отозвалась я. – Какие красивые скалы!
– Мы почти на месте, – сказал Влас. – Вот здесь будем забираться.
Никаких проблем с подъёмом на вершину не возникло. Было понятно, что сюда часто ходят.
– Ух ты! – прошептала я.
Большой провал в камне открывал сочный небесный глаз, который манил нырнуть в неведомые пределы. Эльта ничего не говорила о том, как попасть внутрь. Возможно, нужно было просто спрыгнуть, а потом идти через пещеры.
– Ну, что заробела? – усмехнулся Влас. – Иногда пути теперь нет, только прыгать.
– А как назад?
– Там проход будет, он выводит к пляжу.
И всё равно я почему-то трусила. Никогда не боялась высоты и тем более глубины, но сейчас словно себя забыла. Влас ждал с минуту, потом потянул меня вперёд.
– Давай вместе, – сказал он. – Готова?
– В одежде?
– Угу. На счёт «три».
– Один, – отозвалась я.
– Два.
Мы шагнули, и я не сдержала испуганного писка. А потом ушла в прохладные голубые глубины и, вынырнув, принялась поспешно убирать с лица прилипшие пряди. Влас показался неподалёку, подплыл ко мне и широко улыбнулся.
– Понравилось?
– Да! – отозвалась я, счастливо улыбаясь в ответ. – Здесь внутри сказочно!
Грот с озером был полон света, и весь покрыт золотом песка, искрящимся синим камнем в голубых прожилках, и множеством маленьких цветных камушков, что блестели на дне. По берегу росли упрямые кусты ворницы, у которой были очень вкусные ягоды, и где-то громко щебетали птицы.
– Здесь самый настоящий лабиринт, – сказал мужчина. – Поэтому на стенах нарисованы красные солнца – чтобы отыскать выход.