Крепость Огней не была похожа на Вихреградье. Её построили из тёмных камней, и на скале куда более высокой, чем наша. Вот уж точно из такой не сбежишь, сиганув в море! Стены здесь были толще, окна уже, и я сразу поняла, почему. Огненные земли граничили с Ведьминым Ненастьем, откуда очень часто к прекрасным плодородным берегам приходили опасные твари и не менее опасная магия.
– Огонь бережёт их, – сказал Влас. – Но всё-таки лучше не заплывать за острова Пустоты без великой надобности. Нас, Вихрей, сгубило любопытство молодости, Слав же всегда был сдержанным в своих открытиях, предпочитая лишь беречь территории.
– У вас не было цели доказать своё бесстрашие.
– Верно, но это не оправдывает моего решения сунуться на запад.
Я погладила его по плечу, и Влас невесело хмыкнул.
– Моя самая серьёзная ошибка, которой никогда не будет оправдания.
– А что же дед?
– Он не сердился. Сказал, что такова моя судьба, и помог принять её. Конечно, мы первое время искали возможность избавиться от проклятия, и многое перепробовали. Бывало, меня зельями травили до синевы и потери дыхания, но зверь прочно сидел внутри, и темнота не подчинялась ни магам, ни драконам. Та же Ратха пробовала справиться с колдовством, но не совладала.
– Получается, ведьма сильнее неё?
– Опытнее в магии, – ответил мужчина. – Особенно в разрушающей. Не всякому дракону дана достаточная для борьбы с тьмой сила, хотя людские проклятия и не могут их коснуться.
– И всё же я не понимаю, почему дракон Памяти не помог тебе.
Влас направил корабль к берегу: мы должны были на день задержаться в замке Огня.
– Он не обязан исправлять мои ошибки. Да, мы с ним близки, насколько это возможно с существом столь древним, но уже тогда он дал мне понять, что я должен всё решить сам.
– И загадал загадку про любовь.
– Именно. Которую я разгадал слишком поздно.
– А если бы понял всё раньше, позволил бы мне любить тебя, проклятого?
– Вряд ли.
Я вздохнула. Можно было не спрашивать об этом. Удивительно, как вообще мне удалось убедить его взять меня с собой! Несмотря на внешнее спокойствие, Влас, как и Элик, переживал самые прочные и сложные страхи внутри себя, предпочитая делиться ими лишь в крайнем случае. Проявлялось это и в том, что мы больше не занимались любовью и почти не целовались. Конечно, я понимала, что воздержание необходимо, да и где уединишься на корабле? Но путешествие давалось мне трудно как раз потому, что не стало нашего прежнего единения. Спасали только долгие объятья перед сном, а ещё короткие, но чувствительные утренние поцелуи.
Вскоре мы причалили, и Влас подал мне руку, помогая спуститься. И я сразу увидела в отдалении большого зверя – кирпично-красного, шипастого, с голубыми льдинками глаз. Он был весь как будто оплавленный, и порой сквозь его кожу вспыхивали потрясающе красивые синие искры.
– Огненный дракон, – прошептала я.
– Именно. Хранитель Раскалённых гор и всего северного побережья. Он живёт вон на той вершине, но часто бывает в крепости.
Зверь уже шёл навстречу Славу, и я удивилась его улыбке.
– Друг мой! – сказал он вожаку Огней.
Слав отозвался странным звуком, и улыбка огненного стала шире. Ну и пасть у него была! Страшенная! Я сразу вспомнила зловонное дыхание туманного дракона, и то, как отмахивалась от него мечом.
– Влас, – между тем сказал зверь, и мужчина поклонился дракону.
Я поспешила сделать то же самое, и огненный склонил голову в ответ.
– Рад встрече, Аррах. Познакомься, это моя супруга, Веда.
– Добрый день, госпожа Вихрей.
– Добрый день, – отозвалась я, смущаясь.
– Ну, пойдёмте в дом, – сказал Слав. – Успеете ещё поговорить за обедом.
От дракона исходил сильный жар, и мне казалось, что он может по-настоящему вспыхнуть в любой момент. Аррах оказался очень разговорчивым, чем живо напомнил мне Ратху. Та тоже не чуралась людского общества, и отлично понимала нашу речь. Мужчины обсуждали какие-то дальние территории, дракон охотно отвечал на вопросы и задавал свои, а я помалкивала. Что толку влезать в разговор, если всё равно ничего не понимаю? Однако когда мы оказались в главном зале, огненный неожиданно начал расспрашивать меня о семье. Ещё никогда не встречала такого любопытного дракона! Вскоре я перестала смущаться, и даже Слав улыбнулся нашей живой, непрерывной беседе.
Аррах не остался на обед – он бы просто не поместился за столом вместе со своим хвостом и шипастыми боками – а потому пришлось проститься до утра, ведь дракон должен был отправиться в путь с нами.