Выбрать главу

- Дурынды так дурынды, эка невидаль, - ответила я равнодушно. – Меня и похуже называли, ничего – жива. Давайте-ка еще погуляем здесь и будем спускаться.

На этот раз все прошло спокойно: убрав за собой и спрятав в рюкзаках бутылки с водой, мы вышли наружу и вновь присоединились к первой же группе, проходившей мимо нас. В очередной раз мы слушали историю появления древнего города, но как говорится: «повторенье – мать ученья». В общей сложности мы пробыли в Чуфут-Кале чуть более двух часов, пора было возвращаться. Спускаться было с одной стороны легко, а с другой стороны Ольга заартачилась.

- Я не пойду вниз, - наотрез отказалась она.

- Почему? – удивилась я.

- Что значит «не пойду»? – нахмурилась Ленка.

- Вы читали сказку про Колобка? – спросила Ольга, и мы в ответ кивнули головой. – Так вот, если вы не хотите увидеть, как с этой горы катится Колобок, вам нужно что-то придумать, чтобы меня отсюда спустить без угрозы для жизни для меня и для тех, кто попадет под мой каток во время центробежного моего спуска.

- Так ты у нас оказывается боишься спуститься с этой маленькой горочки? – рассмеялась я.

- Маленькой?! – воскликнула Ольга. – Ты посмотри вниз! Я бы даже зимой на лыжах не поехала по такому крутому спуску.

- Лен, ты видишь здесь крутой спуск? – спросила я Ленку.

- Где? Здесь? – она посмотрела вокруг. – Не вижу. А что должен быть?

- Да не знаю… Наша трусиха вроде как где-то увидела, - и тут я подмигнула Ленке, чтобы она мне подыграла. – Ой-ой-ой!

Я сделала вид, что подвернула ногу. Ленка меня подхватила с справой стороны, а Ольга с левой.

- Оль, надо срочно Жанку спускать вниз, - сказала Ленка командирским голосом. – Возможно придется вызывать скорую.

- Да-да, конечно, - затараторила испуганная Ольга. – Жаночка, ты главное не волнуйся, сейчас доставим тебя в целости и сохранности. Внизу обязательно должен быть какой-нибудь медицинский пункт.

Вот таким макаром, поддерживая меня с двух сторон, мы втроем стали спускаться с горы. Переживая за мою ногу, Ольга напрочь забыла о своем страхе. Оказавшись у подножия горы, она как-то странно стала на меня смотреть.

- Жан, ты же правую ногу подвернула? – уж слишком она подозрительна.

- Да, - подтвердила я.

- А почему ты сейчас хромаешь на левую? – она пальцем показала на мою левую ногу.

- Правда? – я поняла, что мой обман раскрыт, но продолжала играть в пострадавшую. – Это наверно из-за шокового состояния.

- Угу, - покачала она головой. – Хватит претворяться, спустились уже. Ой, и что мне с вами делать-то? Все у вас никак у людей.

- Оль, ты чем-то недовольна, - ласково заговорила Ленка с улыбкой до ушей. – Главное, что Колобок остался наверху, а ты здесь.

Ольга вообще не могла долго ходить надутой, не такой она была человек. Поэтому, услышав про Колобка, посмотрела на вершину горы и начала смеяться.

- Ну что вам сказать, подруги? Спасибо! Вы даже себе не представляете, как я испугалась, когда оттуда посмотрела сюда. А когда ты «подвернула» ногу, я обо всем забыла, и как оказалось, что не так-то и сложно было спуститься.

Мы оказались между двух гор: одна – лысая с пещерным городом, а напротив нее вторая – вся покрытая зеленым ковром из сочной травы и леса. Вокруг нас летали бабочки, садясь на цветки, царственно выступающие из густой травы, из леса доносился птичий щебет. Единственное, что нас удручало, так это проходящие мимо нас толпы туристов, больше напоминающие рой пчел, потому что все голоса перемешались и напоминали громкое жужжание.

- Слушайте, а давайте мы отойдем подашься от тропы и разобьем лагерь. До обеда у нас еще достаточно время, и нам вполне хватит часика, чтобы зарядиться здешней энергией на целый день? – вдруг предложила Ленка.

- Ты имеешь куда-нибудь туда? – я указала пальцем на полянку вблизи леса метрах в пятидесяти от места, где мы сейчас стояли.

- Точно, - она посмотрела в ту сторону, на которую я показывала.

- А почему бы и нет? Я за, - обрадовалась Ольга и пошла сквозь траву на поляну.

Ленка и я радостно последовали за ней, и не буду скрывать, мне такое завершение нашей экскурсии было по душе. Расстелив плед, мы с удовольствием на него улеглись.