Между Дирком и жаровней обрисовывались на фоне огня силуэты двух мужчин в бархатный камзолах и напудренных париках. Один был коротким и коренастым, а другой — высоким и стройным.
Дирк с шипением втянул в себя воздух, он узнал орлиный профиль высокого. Пэр Кор!
— Так значит, — задумчиво произнес Кор, — вы отведали вкус нашего пира. Хотите продвинуться дальше от легкой закуски? Или предпочитаете рассказать нам то, что мы желаем узнать?
— Если я знаю ответы, я их дам, — проскрежетал Гар.
Позади Дирка ахнула Мадлон, Дирк напрягся.
Кор склонил голову в вежливом удивлении.
— Должен признать, что я не ждал такого охотного сотрудничества. Могу я спросить о причине его?
— Разумеется, — выдал ему сардоническую улыбку Гар. — Я совершенно уверен, что ничего не знаю — или, по крайней мере, ничего, помимо уже известного вам.
С миг Кор был неподвижен, затем повернулся к пэру Кошону.
— Возможно, я ошибся в его тоне, но, по-моему, его слова отдают наглостью.
— Напомните ему, с кем он разговаривает, — ответил Кошон голосом, подобным лязгу камнедробилки.
Пылающее железо поднесли к бицепсу Гара. Тело его изогнулось, челюсти сжались в усилии подавить крик. Кор сделал жест, и железо убрали.
Дирк стиснул зубы.
— Только слабый вкус, — повторил Кор. — Есть и куда более чувствительные части тела.
Гар конвульсивно расслабился, разинув рот и диким взглядом прожигая Кора. Но не заговорил.
— Понравилось, значит, — легко произнес Кор. Тогда, я полагаю, мы можем начать…
— Где ваш король? — потребовал сквозь зубы Гар. — Неужели его нисколько не волнуют страдания его народа?
Палач повернулся за новым железом, но Кор поднял руку, останавливая его.
— Твои слова выдают тебя. Любому уроженцу этой планеты не понадобилось бы спрашивать.
Гар нетерпеливо пожал плечами.
— Ладно, я с другой планеты. Я думал, что это очевидно.
— Но мне интересно подтвердить это, — глаза Кора стали буравчиками. — Какого вы происхождения и положения?
— Благородного, — отрезал Гар.
Кор застыл.
В нише Дирк резко повернулся к Мадлон. Они в шоке уставились друг на друга.
— Какого дома и рода? — резко спросил Кор.
— Д'Арман с Максимы, — на лицо Гара вернулось сардоническое выражение.
Кор заметно расслабился.
— Я знаю о Максиме. Это ничтожный астероид, и все живущие на нем притязают на благородство.
— Не только притязают, они и впрямь благороднее, чем вы! — рявкнул Гар. — Они не порабощают людей, делая их своими слугами, — они создают роботов!
Они?.. Дирк с сомнением поджал губы. На физиономии Кора тоже появилась ухмылка.
— Суть благородства — это власть над другими, наивное дитя, — как я сейчас имею власть над тобой, — он глянул на второго палача и сделал знак. Тот нагнулся и стал крутить огромное колесо. Цепи на запястьях и лодыжках Гара натянулись, он издал воющий мучительный скрежет.
Кор подошел к нему, полностью выйдя на свет.
— Я полагаю, что ты найдешь эту позу более подходящей для нашей беседы.
Дирк нахмурился. Кор не уловил этого «они». Гар явно не считал себя членом общества Максимы. Дирк готовился к инструктивному примеру искусства спекулятивной фабрикации.
— Кто тебя прислал? — потребовал ответа Кор.
— Никто, — прорычал Гар. — Я прибыл сам по себе. И не трудитесь задавать следующий вопрос. Вот ответ: я пару лет шатался по этому звездному сектору, пытаясь найти дело, которому я мог бы посвятить себя, — нечто, стоящее любых жертв. Если необходимо, даже моей жизни.
Он вызывающе посмотрел горящими глазами на Кора.
Кор презрительно скривил губы и кивнул палачу. Тот держал перед глазами Гара тиски для пальцев.
— Правду, пожалуйста, — промурлыкал Кор.
— Это и есть правда. Разве вы не узнаете ее симптомы?
Это заставило Кора умолкнуть. Он стоял, гневно глядя на Гара. А затем проговорил сквозь сжатые губы:
— Узнаю. Это прискорбное состояние молодежи — даже нашей молодежи. Мы вынуждены идти на немалые хлопоты для искоренения его.
Игры!.. У Дирка перевернулось все в животе. Кор был прав — они шли на немалые хлопоты. Но страдали от этого не пэры.
— Но ты давно миновал двадцатилетний возраст, — нахмурился сбитый с толку Кор. — Наверняка ты ведь достаточно жил жизнью взрослого человека, чтобы покончить с детскими играми в идеалы и реформы. Почему ты унижаешься до них?
— Со скуки, — пожал плечами Гар.
Кор уставился на него. Затем он отвернулся от него, весь кипя, но не позвал палачей.