Мастер Гильдии раздраженно пожал плечами.
— Признаки? Кто же увидит признаки? Если бы пэры увидели какой-нибудь признак, даже надежду в глазах кула — День был бы обречен, еще не начавшись. Но все знают это, все чувствуют это.
Только то, что он уже знал, и не больше. Дирк почувствовал разочарование. На мгновение он позволил своему уму раскрутить фантазию, воображая псионические передатчики, вещающие постоянное ощущение: «Грядет Что-то Большое», подстрекающее кулов к яростному бунту. Затем он рванул себя обратно в реальность.
Которую Мастер быстро вышиб из-под него.
— Есть слухи, что Волшебник снова ходит среди нас.
Суеверие! Дирк плотно сжал губы, чтобы сдержать гнев.
— Что-нибудь еще?
— Все кулы выкапывают припрятанное предками оружие и испытывают клинки, а затем вновь зарывают его, — пожал плечами Мастер. — И прошел слух, что двое связных изгоев были убиты солдатами, а затем вновь восстали живыми.
С миг Дирк стоял, гальванизированный, а затем понял, что, если он должен мириться с суевериями, он мог с таким же успехом воспользоваться ими. Он открыл рот, но его опередила Мадлон:
— Мы и есть эти двое.
Мастер резко вскинул голову, уставясь на них.
— Вы?!
Дирк кивнул.
Мастер сунул руку за пазуху — вцепился в святой медальон, надо полагать. Повсюду вокруг его глаз появилась белизна.
— Вы действительно были мертвы?
Мадлон заколебалась. Дирк пожал плечами.
— Кто может сказать? Кулы говорили, что у нас не было никаких признаков жизни. Лично за себя я могу сказать, что я видел сон.
Глаза Мастера метнулись к нему, словно стрелка компаса к магниту.
— Сон? О чем?
Дирк сглотнул, а затем заставил себя сказать:
— Волшебника Далекой Башни.
Глаза Мастера расширились до последнего возможного для них миллиметра.
— Чем я могу послужить вам? — прошептал он.
Дирк онемел от внезапного приступа угрызений совести, так что в брешь ринулась Мадлон.
— Одного нашего человека взяли и отправили на Игры. Мы должны вызволить его, если хотим иметь какую-то надежду на День.
Мастер в удивлении повернулся к ней, затем нахмурился, пробормотав:
— Дело и впрямь странное — забрать человека с Игр. Коль он там, его не будут допрашивать, и он, по крайней мере, получит легкую смерть. Но если вы говорите, что это надо сделать, значит, надо…
— Дирк должен попасть в клетки, известить его о плане, — быстро добавила Мадлон. — А я должна быть на трибунах, что вывести их. Ваше дело выбрать маршрут, расчистить его перед нами и загородить позади нас.
Мастер кивнул.
— Достаточно просто. Провести тайком в клетки вашего друга тоже моя задача?
Мадлон облегченно вздохнула и кивнула.
Так же, как и Мастер.
— Это более трудно, но возможно, вполне возможно. Давайте прикинем. Альфонс там тренер, а Мастер клеток кузен… — голос его перешел в бормотание, когда он отвернулся и, зажав в кулаке подбородок, начал расхаживать по помещению.
Мадлон поймала взгляд Дирка и подарила ему пламенную улыбку, раздвинув от радости губы.
Дирк с трудом сглотнул и попытался вонзить в ковер пальцы ног. Он сумел ответить лишь слабым подобием улыбки. Магистр подошел к ним, стиснул руки за спиной и энергично закивал.
— Все будет сделано, мадам и шевалье — да, все будет сделано! Я должен пойти и присмотреть, чтобы сделали — не побудете ли вы здесь, отдохнете и подкрепитесь? В положенное время придет человек отвести вас к тому, кто отведет вас.
Это был приказ, при всем том, что выразили его так вежливо. Но Мадлон подарила Магистру свою самую ослепительную улыбку.
— С огромным удовольствием, Мастер, так как мы, говоря по правде, очень устали. Спасибо вам за вашу огромную доброту.
Мастер действительно покраснел.
— Пустяки, мадам. Я делаю это с удовольствием. А теперь присаживайтесь и предоставьте остальное мне.
Он круто развернулся, нырнул за гобелен и пропал.
Сияющая Мадлон обернулась к Дирку:
— Вы были великолепны, мессир! Вы точно знали, что сказать!
Но вот что говорить в данном случае, Дирк не знал.
ГЛАВА 5
В горячке и суете полуденной толпы никто не обратил особого внимания на монаха в коричневой рясе с подмастерьем у его локтя.
— Теперь недалеко, — прошептал подмастерье. — Через минуту мы будем в начале уклона. Арена находится под нами.
Дирк пригляделся из-под коричневого шерстяного капюшона.
— Буду рад оказаться там, как ни странно это может показаться. От этой власяницы зуд, как от армии блох.
Они подошли к краю холма, и Дирк остановился, оценивая взглядом стадион, подыскивая маршрут быстрого бегства.