Де Кад медленно кивнул, задумчиво сверкая глазами. Он повернулся к отцу Флешье:
— А вы, отец?
— Я всего лишь бедный бродячий проповедник, называемый отцом Флешье, — и, конечно, связной между изгоями и членами Гильдии. Они тоже наготове, Де Кад. Готовые и терпеливо ждущие. Если ты прикажешь, они сотрут в порошок пэров, а город — с лица земли.
— Нет, думается, я не стану об этом просить, — улыбнулся Де Кад. — Нам желательно, чтобы что-то осталось, когда все это будет в прошлом. А вы, сударыня?
— Мадлон, Де Кад. Я служу связной между сельскими жителями, Гильдией и девушками в борделях.
— Да, сельскими жителями, — голова Де Када не шевельнулась, но Дирк почувствовал внезапную пронзительную интенсивность его слов. — В конечном итоге все будет зависеть от них, фермеров на земле, ибо они — непреодолимый груз. Как обстоят дела с этими кулами?
— Они готовы, Де Кад, готовы и ждут твоего приказа.
Отец Флешье кивнул.
— Каждый связной знает свой маршрут, каждый кул зарыл оружие, завернутое в промасленную ткань.
Де Кад медленно кивнул, пылая взором.
— Именно на них все и основывается… Корабли! — он вдруг нахмурился. — Волшебник обещал мне их — могучие корабли, высокие башни, падающие с неба!
— Они готовы, — Дирк шагнул вперед с покалывающим жутким, нереальным ощущением. — Они примчатся по твоему приказу, Де Кад.
Пораженные отец Флешье и Юг уставились на него. С вывихом иронии Дирк опять вернулся на землю. «Иноземец» или нет, но они не совсем понимали, что он мог привести Далекие Башни.
— Я — Дирк Дюлэн, Де Кад. Я говорю от имени небесных людей.
Де Кад зажмурился от боли, прижав ко лбу кончики пальцев.
— Да… теперь я вспомнил, ты рассказывал… этому телу. Они послали тебя отыскать лидера кулов?
Дирк кивнул.
— Я нашел его. Двадцать высоких башен-кораблей парят, дожидаясь, за луной. По твоей команде они падут с лазерпушками наготове.
Де Кад снова вздрогнул от боли.
— Да… их истинное название «лазерные пушки». Это смешение воспоминаний вызывает боль… — Голова его резко вскинулась, и глаза прожгли Дирка взглядом. — А огнепалки, лазерпистолеты? Их Волшебник тоже обещал!
Дирк кивнул.
— Они готовы, припрятаны по всей стране. Но твоей команде мы откопаем их, сообщим кулам, где они находятся. А когда падут Башни, они привезут еще.
Де Кад напряженно кивнул с веселой улыбкой;
— Тогда и впрямь все готово. Вы действовали хорошо, очень хорошо. Сколько времени это заняло? Сколько я проспал?
В пещере стало очень тихо. Затем:
— Пятьсот лет, — прошептала Мадлон.
На миг Де Кад побледнел. Затем он снова начал улыбаться, с нарастающей теплотой.
— Да, так и говорил мне Волшебник, он предупреждал, что на это могут понадобиться века. Но, в конце концов, дело того стоило, и положение не смогло так сильно измениться, чтобы я не мог придерживаться его плана. Нет, оно не могло сильно измениться. Только не на Меланже.
— Едва ли вообще изменилось, — хмыкнул Дирк. Он видел летописи. — Если и существовала когда-нибудь ископаемая культура, то это тут. Пэры — динозавры, и их триасовый период кончается.
Де Кад кивнул, внутренне ликуя, а затем расправил плечи, оскалясь, как волк.
— Пошлите известие по всей стране: через пять дней мы прозвоним в Колокол! Все готово!
— Ну, не совсем, — быстро вставил Дирк, прежде чем могло грянуть «ура».
Де Кад, нахмурясь, повернулся к нему:
— Чего же не хватает?
Дирк колебался, но его упрямый скептицизм победил.
— Волшебник. Пророчество гласит, что он тоже вернется.
— Но он вернулся! — воскликнула Мадлон.
— Кулы видели его! — взревел Юг. — Об этом всюду говорят.
— Всего лишь слухи, — но по спине Дирка пробежал тонкой струйкой странный страх, потому что Де Кад просто опирался на посох, наблюдая за ним, позабавленный его словами. Он подождал, пока стихнут крики, а затем спокойно сказал:
— Всего лишь? Брось, друг Дюлэн! Он здесь, это тело помнит сие. Оно видело его.
Дирк уставился на него.
И прежде чем он смог задать следующий вопрос, Де Кад широким шагом двинулся к арке.
— Идемте! Хватит красться тайком! Подымайте клич!
Вся компания с радостными криками направилась за ним.
Что мог сделать Дирк, кроме как последовать тоже?
Когда они вышли на свет, Де Кад усмехнулся Дирку через плечо.
— Ты обеспокоен, это лишнее. Та же самая слабость, что сводит с ума столь многих из нашего народа, даст ему победу. И ты увидишь это: наше безумие — наша сила.