- Так мало, что мы все знаем друг друга - даже тех, с кем никогда не встречались. Оскар из Дреллана ведет торговлю на Западе, продает шелк, который производят на побережье. Ему нужны тарелки и чашки, что изготавливают здесь, в Лутре.
Хольгер из Альберга закупает их у меня в обмен на шелк, который, в свою очередь, берет у Оскара, а тому везет посуду.
Лотарь из Силаса торгует специями и заморскими фруктами, которые он привозит из полуденных стран. У него их покупает Альберт из Рехема и перепродает мне в обмен на кость, которую я приобретаю у Кренеля из Грельхольма в обмен на толстое сукно, что ткут в Вурмсе.
Кренель привозит бивни моржей и нарвалов от Марля из Рора, которого лично я никогда не видел. Но зато он отдает мне свой товар в обмен на ткани, которые я закупаю у жителей Вурмса... Я бы мог перечислять моих партнеров еще добрых полчаса, но и этого хватит. Мы все, так или иначе, знаем друг друга, у каждого из нас своя команда погонщиков. Кстати, они ничем не уступят по силе и сноровке отряду наемников. В общем, мы те, кому удалось выжить.
- Вот уж воистину опасное ремесло! - воскликнул Гар.
- Зато выгодное. Когда я состарюсь и отойду от дел, то наживу к тому времени богатство ничуть не меньшее, чем у Властелина. Правда, пока этим лучше не хвастаться, чтобы, не дай бог, не узнали те, кому не положено. Мой дом уже сейчас похож на крепость, но я намерен с годами укрепить его еще сильнее. Кстати, вокруг немало крестьян, которые готовы перебраться со своими семьями за мои стены. Я обучу их владеть оружием, а те, кто согласен трудиться на складах, пусть трудятся, только честно. Каждый год они будут получать у меня новую рубаху из плотного сукна. Я построю им дома, чтобы они не жили в продуваемых всеми ветрами лачугах. Каждый день семья будет получать у меня по три фунта хлеба и еще фунт овощей, мясо раз в неделю и дважды в неделю - рыбу.
Для здешней бедноты это предел мечтаний.
- Значит, когда ты отойдешь от торговли, то будешь держать склады для других купцов, для чего и наймешь всех этих крестьян? - сделал вывод Гар.
- Верно, но сам я уже не буду бродить по городам и весям.
Еще пять лет удачной торговли - и можно будет поставить точку! Как ты смотришь на то, друг Гар, чтобы эти оставшиеся пять лет провести вместе со мной?
От Гара не укрылось, как быстро он из чужестранцев перекочевал в друзья.
- Соблазнительное предложение, мастер Ральк, и я над ним поразмыслю. А пока мне надо уладить еще кое-какое дельце...
- Понимаю, - кивнул Ральк, - это может быть либо женщина, либо наследство, либо месть. Но можешь мне ничего не говорить. Я не вмешиваюсь в чужие дела. Но как только ты все уладишь, помни, что Ральк из Фирита ждет тебя и будет рад снова отправиться вместе с тобой в дорогу.
- Скорее наоборот - если у меня ничего не выгорит, - поправил его Гар. - Я надеюсь предотвратить вражду, а не раздувать ее.
- Я не спрашиваю тебя, каким образом. - Ральк поднял ладонь и отвел взгляд. - Но я рад, что ты со мной откровенен, - и он вновь посмотрел на Гара. - Властелины позволяют нам торговать, ведь без нас им никогда не иметь тех роскошеств, к которым они привыкли. В конце концов, какой же ты Властелин, если будешь жить точно так же, как и твои крестьяне?
Гар хотел было возразить, что для многих людей одного ощущения собственной власти достаточно, чтобы возвыситься над остальными, но он вовремя придержал язык.
- Правда, стоит случиться войне, как старые добрые, хотя и неписаные, правила тут же бывают отброшены, - продолжал Ральк. - Когда Властелины посылают свои войска на поле брани, чтобы биться друг с другом, то поберегись, купец. А если зазевался и вовремя не унес ноги, будь уверен, тебя сотрут в порошок. А заодно и весь твой товар. Нас спасает лишь то, что мы стараемся загодя разузнать, кто с кем воюет, и предпочитаем обходить опасные места стороной. Но никогда нельзя быть уверенным до конца. Может статься, что война уже началась, а нам об этом еще не известно. И тогда приходится бросать товар и уносить ноги. Жизнь, она дороже.
Ральк ненадолго умолк, потом вздохнул и продолжал:
- Не раз я испытал это на собственной шкуре, уж поверь.
Нет, война для торговли погибель. Ведь мы теряем не только товар, а с ним и доходы, но еще и рынки сбыта. А вот будь я кузнецом или оружейных дел мастером, - неожиданно улыбнулся купец, - война была бы мне только на руку. Сколько выгодных заказов свалилось бы на меня - только поспевай выполнять! Но я не кузнец, не оружейник. Я торговец и поэтому привык принимать сторону того, кому дороже мир!
- Что ж, запомним, - произнес Гар.
Неожиданно до его слуха донесся какой-то странный шум, и он напрягся.
- Что такое? - удивился Ральк.
- Судя по звуку, Сапоги, десятка два. Тяжело вооружены и движутся бегом по тропе впереди и справа от нас.
- А ты, приятель, держишь ухо востро, - похвалил его Ральк. - И я тебе верю.
С этими словами Ральк обернулся к каравану и отдал приказ погонщикам, чтобы те приготовились держать оборону.
Глава 6
Сапоги выскочили на них из зарослей невысокого кустарника, с ревом быков, готовых нанизать на рога любого, кто ненароком забредет на их территорию.
Очевидно, солдаты уже давно следили за караваном и поэтому не выказали ни малейшего замешательства, увидев, что торговцы успели занять круговую оборону.
Первая же атака стоила жизни восьмерым Сапогам - все они были в упор расстреляны из луков. Но уже в следующее мгновение оставшаяся дюжина с боевым кличем устремилась на импровизированную передвижную крепость.
Солдаты успели подойти слишком близко, и теперь стрелы были против них бессильны. Погонщики отбросили луки за ненадобностью и взяли в руки короткие мечи, боевые топорики и дубинки с железными наконечниками.
- Предательство!.. - крикнул Ральк. - Это ливреи слуг Властелина Лутра! Мы в западне!..
- Не будем торопиться с обвинениями в адрес Властелина, - перебил его Гар и вступил в бой, нанеся рубящий удар мечом по вражескому солдату.
Тот попытался увернуться, но клинок Гара настиг его, рассекая грудь, откуда тотчас хлынула кровь. Нападающий взвыл от боли, но успел замахнуться топориком.