Выбрать главу

- А откуда тебе знать? Вдруг я убийца, потому меня и ловят?..

- Возможно, - отвечал Гар. - Но больше похоже на то, что ты просто беглая рабыня, не выдержавшая жестокого обращения.

- Можно подумать, тебе все известно, - хмуро отозвалась она.

Гар рассмеялся - впрочем, тихо и беззлобно.

- Все известно? Что ж, многое из того, что позволило бы выжить. А кроме этого? Я даже не уверен, что действительно жив.

Женщина на мгновение задумалась над его словами.

- А кто уверен? - произнесла она наконец.

- Те, у кого есть семья, - ответил Гар. - Те, рядом с кем хотя бы есть любимый человек. Те, у кого есть дети.

От его слов женщина вся сжалась. Судя по всему, Гар задел за живое. Он тут же поспешил добавить:

- У меня нет ни того, ни другого. Да и вряд ли когда будет.

- Но почему? - искренне удивилась она.

- Я слишком высокого роста, - пояснил он. - Это мало кому нравится. Не говоря уже о моем характере. Многим он нравится еще меньше, чем мой рост. К тому же, если мужчина не женился к тридцати годам, маловероятно, что он женится вообще.

Что верно, то верно - особенно для тех мест, где царят средневековые порядки...

И снова женщина поморщилась. На вид ей было за тридцать, хотя, если принять во внимание условия здешней жизни, ей могло оказаться и меньше двадцати или, на худой конец, слегка за двадцать.

- Тогда почему ты все-таки жив? - спросила она, и вопрос этот прозвучал достаточно жестко.

- Потому что я родился, - пожал плечами Гар. - И, как мне кажется, еще рано сдаваться.

Женщина поразмыслила над его ответом и еле заметно кивнула.

- Отступи в сторонку, - попросил Гар. - Я сейчас поставлю на камень миску с супом.

От удивления глаза незнакомки вылезли на лоб. Сначала она сделала движение, собираясь метнуться в спасительные заросли, однако, пробежав несколько футов, остановилась - почти у самых кустов.

Гар медленно двинулся в ее сторону, держа руки на виду.

Он осторожно приблизился к камню, на который до этого поставил тарелку с хлебом и сыром.

Поставив на валун миску, он вновь вернулся на свое место у костра. Женщина вышла на поляну, причем на сей раз гораздо проворнее.

Отлично, - подумал Гар, - постепенно она учится доверять. Пусть даже самую малость...

Не выпуская из левой руки своего импровизированного оружия, женщина опустилась на колени, взяла в правую руку ложку и принялась за еду, лишь изредка бросая взгляд в тарелку, потому что старалась смотреть на Гара.

Съев похлебку, она осталась сидеть, все так же испытующе глядя на своего благодетеля. Гар тоже рассматривал ее, и никто не решался первым отвести взгляда. Женщина слегка нахмурилась, словно Гар представлял для нее загадку, над решением которой она давно и безуспешно билась. Могло показаться, что она вообще не замечает его взгляда - так неотрывно, так сосредоточенно смотрела она на своего визави. Глаза девушки были огромными, серыми, с длинными ресницами, но как затравленно она смотрела на мир!..

Гар поймал себя на том, что у него снова перехватило дыхание, и усилием воли он заставил себя вернуться к насущным проблемам. В конце концов, так можно просидеть, пялясь друг на Дружку, не один час. Только что нового для себя узнаешь в результате подобных погляделок? Разумеется, спешить тоже некуда. Но перед Гаром стояла неимоверной сложности задача - разобраться в ситуации на этой планете. Так что если незнакомке нужна помощь, пусть она сама об этом попросит...

Гар вычерпал до конца содержимое котелка, а затем почистил его травой и песком.

- Сейчас я возьму у тебя тарелку и кружку, - обратился он к молодой женщине, но та лишь попятилась в ответ на его просьбу. Правда, гораздо медленнее и не так далеко.

Гар сходил за пустой посудой, почистил ее, сложил в мешок и забросал кострище землей.

- Спасибо, - произнесла незнакомка. Гару показалось, будто слова эти у нее вытащили клещами.

- Всегда рад помочь товарищу по несчастью, - ответил Гар, - а еще я рад, что встретил тебя. Если хочешь, пойдем дальше вместе. А если нет, то желаю тебе остаться целой и невредимой.

С этими словами он снова двинулся в путь.

***

Явно растерявшись, женщина какое-то время смотрела Гару вслед, а затем, держась на расстоянии пятидесяти футов, медленно пошла вслед за ним, наверняка решив для себя, что ей нет причин опасаться этого доброго путника.

И если он действительно добр, то такой человек, не считая отца, повстречался ей впервые жизни. Может, она и ошибается, но все же...

Алеа пыталась убедить себя, что ей просто интересно проверить, окажется ли он и впрямь таким добрым, как и на первый взгляд. Но затем была вынуждена признать, что незнакомец - первый, кто к ней отнесся по-человечески. А еще он холост и подходит ей по росту... И если что и может обеспечить ее безопасность в этой глуши, так это присутствие рядом означенного незнакомца. Но вдруг он потребует плату за свои услуги?.. Вряд ли, ведь до сих пор он обращался с ней как с товарищем, ни на что не посягая.

Да, но это еще не значит, что так будет всегда. Алеа напомнила себе, что ей вообще не приходится рассчитывать на полную безопасность. И все-таки внутренний голос почему-то подсказывал девушке, что она может положиться на этого человека. Алеа и сама не знала почему.

Она двинулась вслед за Гаром вдоль дороги, собирая на ходу ягоды, единственное, что она могла предложить в ответ на его угощение.

Когда они прошли таким манером с полмили, Гар обернулся. От его глаз не скрылся измученный вид девушки.

Гар остановился. Молодая женщина словно в полусне сделала еще пару неверных шагов и лишь потом тоже замерла на месте, готовая в любое мгновение броситься в спасительное бегство.

- Скажи, ты, наверное, шла всю ночь напролет? - поинтересовался Гар.

- Я? Да...

- Я же вижу, что ты валишься с ног от усталости.

Гар сошел с дороги и принялся при помощи палки прокладывать себе путь через заросли.

- Давай сюда, за мной. Устроим привал.

Алеа растерянно заморгала. Ей с трудом верилось, что ради нее незнакомец готов изменить свои намерения. Неожиданно к ней вернулась ясность мыслей.

- Заросли. Они ведь увидят, где примято.

- Кто - они! - обернулся Гар. - Эти бандиты, что набросились на тебя? Готов поспорить, негодяи будут улепетывать, пока солнце не сядет.