- Твой Скораг проявил учтивость по отношению к гостю, Исола, обратилась Риара к одной из женщин. - Ты отлично его воспитала.
Явно польщенная, Исола расцвела в улыбке.
- Спасибо тебе за добрые слова, Риара, - ответила она. - Он боролся смело и красиво, не причиняя боли сопернику.
Вот если бы и сердце его сделало наконец свой выбор, я считала бы себя счастливейшей из матерей.
При этих словах Орла почему-то с удвоенным усердием принялась счищать со шкуры куски мяса.
Алеа наблюдала за ней и не могла сдержать улыбки.
- Если для меня найдется нож, я с удовольствием помогу тебе, - сказала она вполголоса.
- Буду только рада, сестрица. Вот, возьми.
Радуясь перемене темы разговора, Орла вынула из-за пояса еще один нож.
Лезвие его было длиной с ладонь. Алеа принялась за дело.
- Не кажется ли тебе, что этот нож маловат для тебя? - спросила она у Орлы. - Зачем ты носишь его с собой?
- Чтобы заострять наконечники стрел, - ответила та, - и для прочей работы, где требуются точность и аккуратность.
Исола с Корланом приподняли тушу, чтобы остальным было легче освежевывать ее. Алеа благодарила богов, что голову, хвост и ноги ободрали уже до ее прихода. Вертел тоже успели приготовить заранее. Алеа и раньше, бывало, становилась свидетельницей подобных приготовлений, но сама предпочитала не принимать в них участия.
- Это поколение молодых людей уродилось здоровым и сильным, продолжала Риара. - Боги благосклонны к нам.
- Больше всего у них мне нравится грудь, - произнесла Орла и добавила:
- А вот руки у некоторых какие-то комковатые. То есть они мускулистые, но комковатые.
- Я отлично понимаю, что ты хочешь сказать, - согласилась Риара. - Я сама предпочитаю плавно очерченные линии.
- Будет лучше, если мы пойдем и наколем еще дров, - сказал Гарлон, посмотрев на груду поленьев.
- Я с тобой, - вызвался ему помочь кто-то из мужчин, вдвое выше его ростом.
Исола и Корлан, поднатужившись, поставили вертел на рогатины.
- Всем отойти, - приказал другой гигант и высек искру.
В угольной яме задрожали небольшие язычки пламени. Костровой принялся их раздувать, и вскоре пламя уже плясало вовсю.
- А как думаешь, Тово, может быть, вечером устроим танцы? - предложил Корлан. - Настроены ли твои трубы?
- Надо проверить, - отвечал тот.
- Да и мой барабан проверить бы тоже не помешало, - и Тово с Корланом зашагали прочь, обмениваясь понимающими улыбками.
- А мне и ноги комковатые не нравятся, - продолжала какая-то женщина. Мускулы должны быть, - не спорю, без них мужчина не мужчина, но только не комковатые...
- Я сегодня изготовил дюжину наконечников для стрел, - обратился один из двух оставшихся у костра мужчин к другому. - Говорят, тебе сегодня повезло добыть на охоте орла?
- Нет, орел - это явное преувеличение, но ястреб действительно попался крупный. Думаю, лишние стрелы нам не помешают.
И последние двое тоже направились прочь от костра. Правда, один бросил-таки через плечо лукавый взгляд на женщин, а его товарищ понимающе кивнул.
- Подумать только! - возмутилась Алеа. - Бросить нас здесь, словно мы прокаженные! Ваши мужчины, скажу я вам, ничуть не лучше наших!
И только тогда поняла, почему Исола хитровато посматривает в спину удаляющимся гигантам.
- Они не хотели смущать нас своим присутствием, пока мы обсуждаем их достоинства, - пояснила Риара. - Теперь мы можем говорить свободно и никого не обидим.
- А разве женщина способна обидеть мужчину? - удивилась Алеа.
При этих ее словах великанши расхохотались до слез.
- Воспитание, полученное тобою в Мидгарде, - заметила Орла, - оставляет желать лучшего, сестрица. В том смысле, что многому тебя не научили. Представь себе, мы столь же легко можем их обидеть, как и они нас.
- Даже еще легче, - добавила Риара. - У них, у бедняжек, достоинство легко уязвимо.
- Иногда мне кажется, что они чересчур серьезно воспринимают наше мнение, - заметила другая.
- Ты права, Среа, - согласилась Риара, - только пусть они об этом не догадываются.
И вновь великанши дружно расхохотались.
- То есть то, что они оставили нас здесь одних, - это из уважения к нам? - робко спросила Алеа, когда женщины отсмеялись.
- Я бы сказала больше, - ответила Среа. - Но ты права, это знак их уважения к нам.
- А еще боязнь услышать о себе что-нибудь малоприятное, - усмехнулась одна из женщин.
- Ты права, Нарея. Гигант ничего не боится, за исключением презрения со стороны женщины, - согласилась Риара.
- Если он ее любит, - уточнила Нарея.
Алеа слушала их и не переставала изумляться. Впервые в жизни она услышала, что мнение женщин так многое значит для мужчин. Вот почему те, оказывается, такие вспыльчивые, такие несдержанные...
- Такое впечатление, будто ты не знаешь мужчин с лучшей их стороны, заметила Нарея.
- Ты почти угадала, - с горечью призналась Алеа. - Нет, мне попадались мужчины, которые выказывали по отношению к своим женам нежные чувства, но только когда их не видел никто из посторонних.
В ответ на эти ее слова раздался хор удивленных голосов.
Великанши отказывались верить.
- Но ведь когда мужчина за тобой ухаживает, он должен тебе льстить, недоумевала Орла. - Иначе какое это ухаживание?
- Откуда мне это знать! - обиженно воскликнула Алеа. - За мной никто никогда не ухаживал. Я уродилась слишком высокой.
Но Риара уловила в ее словах что-то вроде скрытого намека.
- Так уж и никто?
- Ну.., был один, когда я была совсем юной девушкой, - выдавила Алеа из себя признание. - Но я не догадывалась тогда, что он хотел лишь воспользоваться мной, моей наивностью, что у него и в мыслях не было на мне жениться. Впрочем, я быстро все поняла - когда он бросил меня и начал ухаживать за другой.
- Не может быть! - в гневе воскликнула Нарея.
- Ты хочешь сказать, что у него хватило наглости ухаживать за тобой, хотя он даже не помышлял о том, чтобы взять тебя в жены? - в ужасе переспросила Орла.
- Именно.., хотя, конечно, тогда я была слишком молода и наивна и не сразу догадалась. Вернее, поняла только тогда, когда он меня бросил...
Даже спустя много лет Алеа с трудом сдерживала слезы.
- Если бы кто-нибудь из наших молодых людей поступил так же подло, другие мужчины проучили бы наглеца, чтобы век помнил, - сказала Исола. Правда, сначала бы ему досталось от женщин.